Книга Вторая жизнь графини, или снова свекровь, страница 46 – Анастасия Гудкова

Некоторое время стояла мёртвая тишина. Потом кто-то из младших вышел вперёд. Симпатичный мальчик с ушами, торчащими так, будто они сами просились на заклинание. Он поднял руку, сконцентрировался… и взрывом сдул не мишень, а ближайший защитный столб. Столб зашипел, заискрил и выдал что-то между «ой» и «ах ты ж...»

— Браво, — произнесла я, когда пыль улеглась. — Если бы враг был в десяти метрах от цели — вы бы его и вправду впечатлили. Следующий.

Через полчаса над Полигоном стоял устойчивый магический туман, четыре студента подлечивались от собственного заклинания отражения, один случайно ослепил себя световым импульсом, а две девицы устроили дуэль за внимание одного чародея. Я встала между ними, подняла бровь — и они мгновенно обмякли, как позавчерашние цветы.

— Вы — студенты Академии магии, — произнесла я, возвышаясь над полем хаоса. — А не торговки с рынка в пору распродажи! Подберите свои эмоции. И ваши амбиции. Вы, похоже, забыли, что здесь из вас делают магов, а не уличных фокусников.

Кто-то захихикал. Кто-то всхлипнул. Но к концу занятия мишени сбили восемь человек. По-честному. Без разрушений.

— Потрясающе, — сказал декан, наблюдая за происходящим с безопасного расстояния. — Они же… ну, они же…

— Да, — сказала я. — Уже не безнадёжны. И главное — боятся не магии. А меня.А значит, толк будет.

— Вы… не хотите остаться у нас на дольше?

— Ни за что, — отрезала я. — У меня поместье, сын, сноха, которой скучно, и капитан, который упорно делает вид, что не влюблён. Всё требует регулярного надзора.

И, с чувством глубокого удовлетворения, я повернулась к ученикам:

— На следующей неделе разберём, как не взрывать заварочный чайник при наложении чар на воду. До вторника, юные гении.

Они разошлись — обожжённые, потрёпанные, но восторженные.

А я усмехнулась. Учитель — не звание. Это диагноз. И, главное, мне понравилось.

*** Я клятвенно обещала себе, что в таверну не пойду. Потому что я — графиня, Хранительница, мать взрослого сына, маг, в конце концов. Но когда Мири, моя молоденькая помощница из мэрии, прибежала с глазами размером с чайные блюдца и заиканием, я поняла — снова всё на мне.

— Он… он в «Трёх лисах», — пискнула она. — Представляется Хранителем. У него... перстень. Похожий на ваш. И он… э-э… собирает пожертвования.

— Пожертвования? — переспросила я ледяным тоном. — На что, интересно, на его безопасное бегство?

В таверне было душно, шумно и воняло чем-то… кисловатым. Гномья медовуха. Ненавижу.

В углу стоял субъект с шляпой, похожей на кастрюлю, и плащом, который, вероятно, когда-то был накидкой для ослов. Он держал руку, на которой сверкал перстень в поднятом положении, будто ждал поцелуя.

— Итак, добрые люди! — вещал он. — Во имя Порядка и Мудрости! Поддержите Орден Хранителей! Защитите себя от хаоса!

— И чумы, — добавил кто-то с заднего стола.

Не обратив внимания на окрик, лже-Хранитель продолжил:

— Ваш скромный слуга — лично изгнал призрака из Библиотеки Заклинаний!

— А ещё, говорят, он вывел клопов из борделя, — прошептала мне Мири.

— Призрак, значит… — я сделала шаг вперёд. — И как же вас звать, спаситель вы наш?

Мужчина обернулся, и замер испуганно при виде меня.

— Графиня… — пробормотал кто-то из публики. — Это она. Та самая Хранительница!