Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 67 – Селина Катрин

Я прикусила губу, думая, насколько прилично задать этот вопрос, и всё же решилась:

— М-м-м… подскажите, а контрацептивы… их тоже нейтрализовал этот газ? Или у вас лежали просроченные таблетки?

— Просроченные препараты? У нас?! — Брови эльтонийки поднялись почти на лоб, и она тут же придвинула к себе клавиатуру, что-то набирая на компьютере. Прошло не более десяти секунд, как она сказала: — В системе значится, что в номере, который вы снимали, были потрачены лишь мужские контрацептивы… Срок годности не вышел.

— Но как же тогда… — растерянно протянула я и переглянулась с Кассианом.

Женщина кашлянула в кулак.

— М-м-м… Судя по тому, что я вижу, ваш спутник — чистокровный цварг. У этой расы очень высокая регенерация и любые внутренние процессы организма, а чем выше метаболизм у мужчины, тем быстрее рассасывается препарат. Производитель гарантирует лишь восемь стандартных часов контрацепции сразу после приёма, хотя в среднем порошок действует около суток. В системе внесено, что м-м-м… господин Монфлёр зашёл в номер в районе семи вечера, а покинул — в шесть двадцать утра. Итого он провёл с вами чуть больше десяти часов.

Я почувствовала, как густо краснею. Как док я всегда рассчитывала дозировку анестезии с учётом цваргской крови своих пациентов, вела карты, где отдельной строкой стояли поправки по регенерации, плотности тканей, скорости выведения лекарств. Это было базой. Первым курсом.

Но как так сложилось-то, что, прилетев в Храм Фортуны, я забыла то, чем занималась фактически всю жизнь?!

Взгляд сам собой метнулся к Кассиану, но тот сидел как воплощённое спокойствие, будто речь шла не о его сверхскоростном метаболизме в его-то годы, а о погоде на каком-нибудь астероиде.

— Не корите себя, леди, — мягко, почти материнским тоном произнесла Иларта, уловив моё состояние. — В Храме Фортуны ничто не происходит случайно. Здесь вмешивается в судьбы людей сама богиня. И если всё вышло именно так — значит, она так хотела.

Я знала, что большинство моих соплеменниц в той или иной степени религиозны. Мы растём с этой философией, впитываем её с молоком матери, с дыханием, с ритуалами взросления. Я никогда не считала себя верующей. Даже близко. Я верила в причинно-следственные связи, в научные данные, в свою аккуратную, логичную картину мира.

Но теперь, видимо, придётся пересмотреть взгляды.

— То есть, — медленно проговорила я, — у меня не было ни шанса не забеременеть?

Иларта кашлянула снова, больше — по инерции.

— Если быть точной… шанс был. Судя по нашей внутренней статистике, обычно от цваргов очень сложно забеременеть, особенно цваргиням. С учётом, гм… физиологии вашего спутника — стандартный препарат мог не сработать. Мы не обязаны предупреждать о таких расовых особенностях, поскольку в соглашении есть пункт о самостоятельной ответственности за выбор средств защиты. И, повторюсь, первое правило Храма Фортуны — здесь всё происходит так, как того хочет богиня.

Я кивнула, но внутри уже ничего не анализировала. Если бы я услышала всё это десять лет назад, рассмеялась бы. Сказала бы, что это всё — пустая болтовня для тех, кто хочет снять с себя ответственность.

— Кстати о договоре, — активизировался Кассиан. — Почему вы не дали его мне подписать? Леди Фокс уверена, что я её обманул, но ваши сотрудницы даже не уведомили меня, что я что-то обязан сделать, кроме как взять жетон из вазы за символическое пожертвование храму.