Книга Вольтанутая. От нашего мира - вашему, страница 27 – Вера Платонова

— В смысле? — я понимаю этот взгляд только одним образом. — Неужели пропустил? Из-за меня, что ли?

— Ушла капсула, — подтверждает он, — только ты не виновата. Просто так было правильнее. Ну и немножко из-за тебя, Анэстэзия. Как бы я тебя здесь бросил? С этими мерзлявыми хумлаками? Так что идём разбираться с концом света вместе.

— Но сначала отдых, питание и лечение, — подаёт голос молчавшая до этого момента Баард. — Пришло время посетить жилище топскены.

Она показывает рукой куда-то вглубь леса, где, как мы уже знаем, водятся какие-то неведомые змерлелёвы, прости господи, удохвосты и о ужас… загрызни!

— Нет времени, баард, нужно мир спасать! — деловито отговариваюсь я.

— Тысячу лет умирал твой мир, — ворчит баард, — уж потерпит ещё немного. А с таким носом твой красивый мужчина задохнётся ещё задолго до того, как вы погибнете от ядовитого тумана.

— Ничего, я потерплю, — машет рукой Толик.

Я смотрю на него, затем на мрачный лес, пугающий зловещими тенями, потом снова на него…

— Ну пойдёмте, что ли, — ворчливо вздыхаю, — а то депортируюсь в свой мир и даже не узнаю, как тут у вас разные народности выживают.

— Я вообще впервые вижу настоящую топскену! — радуется Толик. — Только слышал раньше, что такие есть.

Баард подавляет самодовольную улыбку и сообщает с равнодушным видом:

— Мы наловчились хорошо прятаться. Научились защищать себя, строить ловушки для зверей. Но гхарры иногда выслеживают нас по одному и крадут. Мне очень не повезло, когда я в поисках древесных грибов загулялась и вышла к кромке леса.

— А почему вас так не любят оригины? — вспоминаю, как Ааши брезгливо отзывалась о них.

— Мррр, мррр, мррр, — вдруг громко начинает мурлыкать Толик и поглядывать в кусты.

— Ну… — начинает пояснять Баард.

— Мррр, мррр, ша…

— Потому что, — Баард теряет мысль, ведь мурлыканье взрослого человека слегка сбивает с толку.

— Толик? — смотрю я на него вопросительно.

— Мррр, мррр, мррр… ша, ша! — продолжает он, ещё и тихо подсвистывая.

В принципе, с моей стороны ноль осуждения! Головы же у людей не железные, а он за последнее время вон сколько раз получил по черепу, как ещё на ногах стоит? Но как-то всё же не по себе становится. Одно дело идти в опасный лес, другое — идти в опасный лес в сопровождении дурачка. Мало ли какие он там флешбэки ловит.

— Хор-о-о-шая девочка! — приговаривает странный Толик.

— Спасибо, — скромно благодарю за компливит.

Жаль, что хвалят не меня. Из-за разлапистого кустарника выбирается мурло и, добравшись до нас в два прыжка, тычется мордой Толику в руку.

— Её зовут Ша, — сообщает он нам с Баард, а затем внушает кошке. — Эти — свои. Не жрать!

Ша смотрит на меня своими вертикальными зрачками и облизывается.

— Не жрать, слыхала? — повторяю я ей с опаской.

— Не помешает, — выносит вердикт кошке Баард.

Я тоже по большей части рада нашей охраннице, с ней спокойнее.

Мы идём в лес, продолжая вести разговоры.

— Ты спрашивала, почему оригины нас не любят? — Баард держится впереди, иногда её играючи обгоняет Ша, но то и дело возвращается к Толику. — Так они никого не любят, кроме себя. Мы их противоположность, некрасивая и стыдная сторона. Кривое зеркало. Давным-давно у нас с оригинами были единые предки. Один сильный,талантливый, гордый до безрассудства народ. Магия у нас текла в крови так же свободно, как дыхание. Но если взять отдельно каждого — всякий имел свои достоинства и недостатки. И однажды кто-то из наших мудрецов — или безумцев, кто теперь разберёт — решил, что можно избавиться от всего лишнего. От страха, грубости, телесных слабостей, оставив только красивое и нужное. После жуткого ритуала часть народа погибла, остальные разделились надвое. На изящных оригин и неказистых топскен… Так распределились черты. Топскены были вынуждены покинуть прекрасное поселение магов под насмешки своих более удачливых соплеменников и соплеменниц. Но мы ушли не с пустыми руками, великий дар приготовления пищи и лекарств ушёл вместе с нами, а с ним и…