Книга О личной жизни забыть, страница 30 – Евгений Таганов

Что же касается самой старосты, то ее отношение к Алексу можно было сравнить с некими постоянно действующими качелями: восхищение — презрение, взгляд свысока — взгляд снизу, любование — раздражение.

Тут еще прозорливые девчонки начали подначивать ее:

— Признайся — ты просто влюблена в него.

— Конечно, прямо жить без него не могу, — сердито отмахивалась она.

На самом деле героями ее грез были сразу несколько ребят, в основном старшеклассников, причем каждый месяц фаворитом оказывался то один, то другой. Причина крылась в ее старательной подготовке к будущей двойной жизни. Любить правильных, пусть и успешных ребят — это же такая тоска. Иное дело — роман с разведчиком-нелегалом. Двойная-тройная опасность, двойной-тройной запрет — вот это да! Вот это настоящее! И чтобы эта любовь непременно раскрутилась не здесь, а в Париже, Нью-Йорке, на худой конец в Лондоне. Именно там они должны случайно встретиться в качестве двух нелегалов, принадлежащих к разным резидентурам. Поэтому и обращала свой благосклонный взгляд на многих избранников, дабы было потом одномуиз них что рассказать про их совместную «янычарскую» юность. Ведь вряд ли кто-либо из них запомнит ее здесь, точно так же как не запоминает она сейчас пятиклашек и шестиклашек. А она ему все тогда про его школярство и выложит.

А Алекс, он что? Он просто друг. Конечно, если повезет и с ним точно так же столкнуться в Парижах-Лондонах, то и его не обойдет стороной ее романтическое сердце. Таков был расклад юной кандидатки в Маты Хари, навсегда отдавшую свое сердце лишь вожделенному статусу разведчицы-нелегалки.

В тот зимний день Даниловну с Алексом вызвал к себе директор.

— Копылову сегодня надо попасть на квартиру своего куратора, — объяснил им по-английски Вадим Вадимыч. — Зачем именно, я толком не понял, но надо. Поедете на машине с моим водителем, он адрес знает. Ты, Сабеева, пойдешь с Алексом до подъезда, водитель вас подождет, а потом все вместе назад в интернат. Все понятно?

Алекс встрепенулся.

— Мой куратор что-то узнал о маме?

— Не знаю. Сам все увидишь. Езжайте.

В том, что их фактически одних отправляли в незнакомое место мегаполиса в момент наибольшего разгула уличной преступности, не было ничего особенного. Кружок по ориентировке на местности был в их классе одним из самых любимых и посещаемых. Даниловна уже раз пять отправлялась с кем-нибудь в паре отыскивать какой-либо магазин или мастерскую: считалось, что с каким-нибудь конкретным поручением подростки в большей безопасности перед любыми уличными неприятностями. Так оно обычно и выходило. Алексу же такое путешествие предстояло впервые.

Зацепин жил в центре Москвы, в Малом Каретном. Прежде чем ехать, Даниловна внимательно сверилась с картой города, где был нанесен каждый дом, чтобы потом, никого ни о чем не спрашивая, точно найти нужный адрес. Ее предосторожность оказалась нелишней. Покружив по центру Москвы, директорская «Волга» уперлась в наглухо перекопанную улицу и огромную автомобильную пробку позади.

— Я знаю, как дальше найти. Ждите нас здесь, мы скоро будем, — сказала она водителю дяде Грише, и они с Алексом зашагали по неубранному вязкому тротуарному снегу.

Однако подойти к дому, даже если примерно знаешь, где он, оказалось непросто: почти все железные решетки в подворотнях были на замке.