Книга Последний паром Заболотья, страница 58 – Настасья Реньжина

– Я бы с ума сошла от страха, – призналась Алена.

– Любой бы сошел, – согласилась теть Вера. – История эта разошлась-разбежалась по Заболотью. Колдуна стали еще больше опасаться, боялись его обидеть даже случайно. Мужики глаза опускали при встрече с ним. Самые смелые пытались помощи просить. Наговоров и проклятий не требовали – страшно, да и не такие в Заболотье люди, чтоб кого-то проклинать. У того корова перестала молоко давать, у этого кошелек пропал. Просили у колдуна – помоги. Он мычал неразборчивое и дверь перед носами просителей закрывал. Молодые мамы бежали с орущими младенцами заговорить грыжу, избавить от колик и зубной боли. Говорили потом, что колдун смотрел на детей, улыбался криво, и дети переставали плакать, но дома вновь начинали орать. Заболотские не поняли, согласен ли новенький для них колдовать или нет. Ходить за колдовской помощью понемногу перестали. Прожил он в Заболотье с полгода где-то, может меньше, нигде не работал, но ни в чем не нуждался. Хотя у коров так и не выросли надои, а младенцы по ночам продолжали плакать от зубной боли, местные продолжали нести колдуну продукты. Однажды в Заболотье приехала машина, серые «Жигули», как сейчас помню. В них сидела симпатичная девушка, она тормозила возле всякого встречного, опускала стекло, показывала фотографию, спрашивала: «Вы не встречали этого человека?» На фотографии мужчина, лет сорока, похожий на нашего колдуна, если бы тот был помоложе, но заболотские качали головами, боясь, что неправильно направят девушку. Не испугалась Галина, на фотографию посмотрела и сказала: «Если ты к нему за приворотом, вот мой тебе совет – поезжай обратно, наш колдун такими вещами не занимается. Ты с этим лучше в Черную Грязь давай». Девушка не поняла: «Какой приворот?» Ей Галина и говорит: «Так вот же! У тебя колдун на фото. Ты ж его ищешь. А известно, зачем таким молодым и красивым колдуны нужны». Девушка спросила, при чем тут колдун. Галина ответила, что это он у нее на фото. «Это мой отец!» – закричала девушка. Галина от нее отстранилась. «Так вы дочка колдуна?» – спросила. Девушка ответила, что никакой он не колдун. «Ну как же? – растерялась наша Галина. – Он ходит странно, бормочет непонятное. Ясно же, что заговоры. Или с духами общается. А потом радио-то у меня взяло и выключилось, когда он в магазин-то зашел». «Дремучий лес, – пробормотала девушка. И уже громко, четко сказала Галине: – Думаю, сломалось ваше радио. Вот и все. А отец – инвалид. У него плохой слух, поэтому и говорит непонятно. А ногу он в детстве сломал, а она срослась неправильно, вот и хромает. Мы в Белозерск к родственникам приехали, папа в магазин пошел и пропал. Все это время искали его. Милиция у вас ни черта не умеет, одни отписки мне да отговорки сует. “Ищем, ищем”, – говорят. А я знаю, что не ищут, мы ж не местные, что с нами возиться? Вот я и стала сама его искать, по деревням окрестным ездить. Не пойму, как он сюда и дошел? Почему ж я раньше сюда не приехала? Я думала, где-то ближе нужно искать его».

– А как он пропал? Украли? – спросила Аленка.

– Не знаю, – ответила теть Вера. – Если я правильно помню, то и дочь его тоже не знала, как так вышло. Галина ее к дому колдуна, который и не колдун вовсе, привела. Девушка зашла туда, вернулась через минут пять с отцом. Они сели в «Жигули» и уехали. И больше в Заболотье не появлялись.