Книга Никому, страница 40 – Кристина Денисова

Я испугалась. И пожалела, что заикнулась про писательство. Я же не профессионал и имела в виду лишь свой дневник. Как писать сценарии, без понятия. Но Рея заверила, что я справлюсь. Первое задание – написать сценарий для Праздника. Расписать роль каждого участника, чтобы все знали, что от них требуется. И если все пройдет хорошо, то мы переработаем сценарий и поставим настоящий спектакль на большой сцене, с костюмами и декорациями, а выручку с билетов отдадим нуждающимся.

Решающим аргументом, чтобы согласиться, стало обещание Реи выделить мне кабинет на пару часов в день. Значит, гораздо меньше времени проведу в вонючем хлеву.

Так что теперь я успеваю не только писать сценарий, но и понемногу вести дневник. Ура!

15

– Я вам уже всё рассказал. – Мышков, нахмурившись, сложил руки на груди.

– Не всё. Про «Кубок Истины» не говорили.

Марк, собиравшийся что-то возразить, тут же закрыл рот. Взгляд его забегал по столу, а тело напряглось.

Зотов сразу заметил перемену и понял, что не ошибся. Он не был уверен, что бывший муж убитой что-то знает, и пошел ва-банк:

– Расскажите всё, что вам известно про эту группу.

Мужчина разомкнул руки. Они дрожали.

– Эмилия пошла к психологу после смерти нашей новорожденной дочери. Вначале это были просто сеансы психологической помощи, потом она начала посещать групповые встречи. Казалось, ей лучше. Но постепенно всё это стало похоже на какую-то секту.

– Что именно?

– Разговоры про поиск себя и истины, испытания какие-то. Чушь. Она отправилась на выездной тренинг на две недели, оставив трехмесячную дочь. Не знаю, что там происходило – у нее забрали телефон, – но вернулась она совсем другой. Какой-то перевозбужденной, гиперактивной… Эмилия была жизнерадостной, веселой девушкой, но смерть Камиллы ее сломила, она замкнулась, стала безэмоциональной, что ли. Даже после рождения Евы подолгу сидела молча, погруженная в свои мысли. Ничем не интересовалась. А после этого тренинга словно не могла долго находиться на одномместе: бегала по дому, бралась то за одно, то за другое. В одну минуту смеялась, в другую уже плакала. Потом еще начался театр.

– Знаете, где проходил выездной тренинг? Есть адрес? – Зотов чуть наклонился вперед и щелкнул ручкой.

– Нет, это было давно, да я и тогда не запомнил адрес. Где-то в Подмосковье.

– Почему не рассказали нам про группу?

– Вы не знаете, что это за люди. – Мышков потер лоб, разглаживая морщины. Собравшись, медленно продолжил: – После премьеры их спектакля мы поссорились. Я сказал, что это полный бред и чтоб она бросала секту. На меня все знакомые уже косились, не понимая, что происходит с женой. Я пытался с ней говорить, хотел вытащить ее. С каждым днем они становились всё безумнее. Постоянные собрания в любое время суток: жена могла посреди ночи сорваться на встречу. – Он прикрыл глаза и покачал головой. – Я просил ее уйти, предлагал вместе уехать, но она не желала ничего слышать. Совсем отдалилась. Однажды я почувствовал, что за мной следят. Что кто-то следует по пятам и смотрит в затылок, куда бы я ни шел: на улице, в магазине, даже в собственной машине. Казалось, я схожу с ума. Потом началось мелкое хулиганство. Разрисовывали машину похабщиной, пока я работал в офисе или ездил по встречам, а мне потом к клиенту не подъехать! На почту стали приходить анонимные угрозы.