Книга Сводный дядя, или Р̶а̶з̶м̶е̶р̶ Возраст имеет значение, страница 26 – Рика Лав

— Скажи, чья ты? — я продолжал водить головкой по ее киске, не давая ей того, чего она так отчаянно хотела.

— Твоя! Твоя! — закричала она в стену.

Одним глубоким, жестким движением вошел в нее до самого конца.

Лилит вскрикнула. Она была невероятно тесной, как будто у нее вообще секса не было до этого. Эта мысль заставила меня застонать сквозь зубы.

Я начал двигаться — не просто грубо, а животно, вымещая на Лилит всю свою злость и желание. Стенки лифта дрожали от наших движений.

— Только не останавливайся… — стонала она в иступлении.

Тогда я развернул ее к себе, поднял, и она обвила меня ногами вокруг талии, прижавшись спиной к стене. Я вошел в нее снова, глядя прямо в ее глаза.

Теперь это было не только животный секс, но и что-то большее. Я целовал ее, стирал губами слезы с ее щек, шептал ей нежные слова, и Лилит отвечала мне с той же страстью.

Она кончила на мне снова, сжимая ножками, судорожно выкрикнув мое имя, а я наслаждался тем, как ее киска обхватывает мой ствол, а изящные женские руки обнимают шею.

Дождавшись ее последней дрожи, я вышел из нее, резко развернул ее к стене и, с глубоким стоном, обдал горячими струями ее спину и упругую, покрасневшую попку, слыша на краю сознания ответный стон девушки.

Мы стояли, тяжело дыша, прислонившись к стене лифта.

Лилит медленно обернулась, нажимая на панели лифта «пуск», отчего кабина дернулась и пришла в движение. Лицо девушки было залито слезами, губы распухли от моих поцелуев, а глаза…

Боже, ее глаза сияли такой обнаженной, беззащитной, абсолютной эмоцией, что у меня физически сжалось сердце.

— Я люблю тебя, Михэль, — прошептала Лилит, и эти тихие слова прозвучали громче любого выстрела, ударив меня прямо в душу.

Все тепло и расслабление исчезло, сменившись леденящим ужасом. Я отпрянул от девушки, словно ее признаниемогло меня обжечь.

Любит. Черт возьми, она любит меня. Идиот. Самодовольный, слепой идиот! А куда, по-твоему, все это вело? Ты думал, это просто игра? Секс? Выпуск пара?

Ты видел, как она смотрит на тебя! Ты слышал слова Вадима!

— Лилит… нет… — я попытался найти слова, любые слова, которые могли бы остановить этот сходящий с ума поезд. — Это… это невозможно.

Но ее глаза, полные надежды, не позволяли мне отступить. В голове пронеслись слова моего сводного брата, друга: «Я доверяю тебе, как самому себе».

Сейчас они прозвучали как приговор. Как холодный душ, отрезвляющий и беспощадный.

Вадим был прав. Он доверил мне свою дочь. А я… я воспользовался ее уязвимостью, ее максимализмом, ее наивной верой в сказку.

Наш возраст, наша статус «дяди и племянницы», вся эта неизбежная грязь и пересуды, которые полетят в ее сторону, если мы будем вместе…

Я не мог с ней так поступить. Не мог стать для нее тем, кто сломает ей жизнь.

— Но я люблю тебя! — в ее голосе зазвучала настоящая паника, когда она увидела борьбу на моем лице. Она потянулась ко мне, но я отступил еще на шаг.

Мне нужен был щит. Большой, уродливый, но надежный щит, который оттолкнет ее раз и навсегда.

— Опомнись, девочка, — выдавил, глядя куда-то мимо нее, на металл стены. Ложь обжигала мне губы, как кислота. — Если помнишь, у меня есть невеста, Лилит.

Девушка замерла. Все ее счастье, вся нежность, весь тот свет, что сиял в ее глазах секунду назад, мгновенно испарились, сменившись шоком, болью и недоверием. Она смотрела на меня, как на незнакомца.