Книга Спаси меня, папа-доктор, страница 21 – Елена Верная

— Ну, слушай, — Афанасьев одернул на себе халат и нагло смотрит на меня. — Девушка если выкарабкается и встанет на ноги, значит, у нее лошадиное здоровье и сила воли.

— Это я и без тебя знаю! — огрызаюсь, сверля мужчину взглядом.

— Разрыв селезенки, сломанные ребра и, естественно, позвоночник. Ну и по мелочи: сломанная рука и пальцы на этой же руке, — перечислил Кирилл Витальевич все повреждения Лизы. — Потеряла много крови, но это все мелочи. Сам понимаешь, с позвоночником не шутят.

— Понимаю, — киваю в ответ на слова Афанасьева. — Но главное — она жива.

— Кто она тебе? — Кирилл Витальевич немного угомонил свой гонор и теперь смотрел с любопытством на меня. — Первый раз вижу тебя в таком состоянии. Ты же понимаешь, что я просто так не оставлю эту ситуацию.

— Да мне плевать, — и я не лукавил. — Спасибо за проведенную операцию, — благодарю мужчину, потому что уверен: он сделал все, как надо. — Главное, что Лиза жива.

— Неужто подруга твоя? — посмеивается мужчина.

— Жена, — кривая усмешка. — Бывшая.

— Сочувствую, — лицо Афанасьева вытянулось. — Что ж ты сразу не сказал?

— Когда? — я хмуро посмотрел на мужчину. — Не было возможности, ты все время выделывался.

Разговор окончен, и Афанасьев сел за свой стол заполнять документы. Как раз таки по операции Лизы.

Я же решаю позвонить Екатерине Тимофеевне. Достаю телефон и набираю ее номер, который заранее сохранил себе на телефон.

Женщина, узнав, что операция прошла нормально, расплакалась.

— Не переживайте, она сильная, она выкарабкается, — успокаиваю я женщину.

— Да, она боец, — соглашается Екатерина Тимофеевна. — Я нашла карточку Катюши, могу привезти ее сейчас и вещи для Лизы.

— Она пока в реанимации,и ей там не нужны вещи. Да и карточка Кати подождет до завтра, — если честно, я боюсь, что от беготни и нервных переживаний как бы с самой Екатериной Тимофеевной плохо не стало. — Привезете завтра.

— А ты будешь завтра там? — спрашивает женщина.

— Да, пока здесь Лиза и Катя, я все время буду здесь, — успокаиваю Екатерину Тимофеевну, и это не простые слова, это правда.

— Женя, спасибо, — поблагодарила женщина. — Как так получилось, что вы разошлись с Лизой?

— Екатерина Тимофеевна, это не телефонный разговор, — потираю устало переносицу. — Когда этот кошмар закончится, я все расскажу.

— Хорошо, он обязательно закончится, — то ли себя, то ли меня успокаивает женщина.

— Пап, привет, — долго сомневался, но все же решил набрать отца.

— Привет, сынок, что-то случилось? — у отца был очень усталый голос, но было слышно, что он мне рад.

Я был любимым сыном. И не скажу, что у нас в семье были какие-то сложности. Я был довольно беспроблемным ребенком, в отличие от моей сестры. Первый и, наверно, единственный конфликт с отцом у меня был, когда я решил, что хочу стать медиком, а не бизнесменом. Отец долго не мог смириться и все ждал, что мне надоест и я брошу. Нет, он не лишил меня карманных денег, пока я учился, но я сам хотел достичь в жизни чего-то. Чтобы обо мне говорили не как о сыне такого-то бизнесмена и мецената, а как о самостоятельной личности. Чтоб я не был приложением к кому-то. Потому и попробовал донести эту мысль до отца. Он не сразу, но понял меня. Смирился. И с того времени у нас наладились отношения. Я приезжал к ним на праздники и порой даже без повода. А когда было сложно, так и вовсе жил у них. А сложно мне было во время развода. Удивительно, но тогда меня очень сильно поддержала сестра. Когда пришло уведомление на телефон с запросом на подтверждение развода по обоюдному желанию, я начал обрывать телефон Лизы. Уже собрался ехать к ней, требовать объяснений. Я думал, она перебесится, успокоится, что это просто кризис. Когда она мне описала Алису, я ее сразу же узнал. Позвонил ей, но та не взяла трубку. Думал, убью неугомонную девку. Тогда-то сестра и сказала, что нужно отпустить Лизу, если она хочет уйти. Что если это мое, то оно вернется. И я отпустил. И вот сейчас она вернулась, да еще и с дочкой. Нашей дочкой.