Книга Мы сами все разрушили, страница 3 – Виктория Лайонесс

Я не нуждаюсь в ней! Она мне противна!

Выхожу на улицу и сразу направляюсь к дороге, чтобы словить такси.

— Я сам отвезу тебя домой, — мужникак не унимается.

— Я не сяду с тобой в одну машину, — даже не поворачиваюсь к нему.

— Сядешь и точка, — чувствую хватку на предплечье, и Фрэнк резко разворачивает меня к себе.

— Не прикасайся ко мне, — шиплю, метая глазами молнии.

— Нет. Я не отпущу тебя в таком состоянии. Если надо, закину на плечо и запихну в машину силой. Тебе выбирать, Луиза, — в низком голосе звучит злость, перемешанная с волнением.

Снова волна отчаяния накатывает, и глаза наливаются слезами.

Ничего не отвечаю, но и не отказываюсь. Сегодня у меня нет сил бороться с ним. Я вымотана физически и морально.

Поняв, что я согласна ехать, Фрэнк заметно расслабляется и отпускает мою руку, которая продолжает гореть после его прикосновения. И меня ужасно злит реакция моего тела. Я ненавижу этого человека всем сердцем, но мое тело будто живет отдельно от меня. Это же и случилось в той комнате. Все внутри начало противиться чужим прикосновениям. Но я должна избавиться от этой зависимости. Я смогу. Мне нужно это сделать!

Когда машина останавливается у здания небоскреба, в котором находится еще пока наша общая квартира, ничего не сказав, открываю дверь и иду к парадному входу.

Слышу, как за спиной захлопывается дверь машины, и понимаю, что Фрэнк собирается идти со мной.

Вся сжимаюсь, не желая снова оставаться с ним наедине. Я и так едва сдерживаю себя в его присутствии. Каждый раз, когда я смотрю на него, мне хочется реветь от разрывающей внутренности боли и обиды.

Вместе поднимаемся на наш этаж, и я стараюсь больше не смотреть на мужа, который за короткий срок стал чужим, перечеркнув своим поступком буквально все.

Открываю дверь и вхожу в прихожую, но понимаю, что Фрэнк остается стоять за порогом.

Поворачиваюсь, и сердце пропускает удар от его взгляда.

— Ты была права, Луиза. Нам ничего не остается, как развестись, — слова, которые уже когда-то были озвучены мной, почему-то сейчас вонзаются в сердце словно тысячи кинжалов, распарывая его в клочья. — Мне очень жаль… — Фрэнк закрывает дверь с той стороны, оставляя меня умирать в собственной агонии.

Месяц назад…

За спиной раздаются шаги, в то время как я наливаю свежесваренный кофе в чашку, аромат от которого распространился по всей кухне.

— Ммм… ужасно хочу кофе, — Фрэнк оказывается рядом, поцеловав меня в макушку.

— Сейчас налью и тебе. Как раз только приготовился, — достаю из шкафчика еще одну чашку.

— Спасибо, милая, — отодвигает высокий барный стул, приставленный к мраморному острову, и садится на него.

Ставлю чашку рядом с ним, а сама отхожу, чтобы разложить по тарелкам глазунью.

Сажусь рядом с мужем и вместе принимаемся за завтрак.

— Сегодня снова переговоры? — задаю вопрос, пережевывая очередной кусок яичницы.

— Да. И боюсь, что мы вряд ли и сегодня к чему-нибудь придем. Они постоянно вносят какие-то изменения в проект договора, будто испытывают мое терпение.

— Уверен, что все еще готов бороться за них?

— Уверен, Луиза. Мне нужен этот восточный партнер. Хватит топтаться на месте. С его помощью я смогу выйти на мировой рынок.

— Я только надеюсь, что ты не делаешь это только чтобы утереть нос своему отцу.