Книга Сосед! Не грози-ка дочке генерала, страница 28 – Катя Морошка

— Давай. Тебе латекс пойдет, — косо улыбается он.

— В смысле?

— Я без живца работать не буду. Нарядим тебя женщиной-кошкой. Мне нравится. Да и ночи без сна поразнообразнее будут.

Хочу поднять колено, чтобы двинуть его в пах, но не могу. И на сантиметр не поднимается из-за давки.

— Девушка, у вас что? — обращается ко мне кондуктор.

— Проездной у меня, — недовольно отвечаю, шарю в кармане в поисках карточки и передаю ее женщине через других пассажиров, а когда она возвращает ее мне и уходит, пытаюсь запихнуть обратно в карман, перед этим показываю Жданову средний палец.

Начинаю убирать проездной, ищу карман, еложу рукой и сердито зыркаю на кота Базилио, красноречиво передавая ему взглядом все, что я о нем думаю. Но ему оказывается мало.

— Девушка, что вы меня щупаете?!— возмущается он на весь троллейбус.

Так некстати в нем стало тихо, и кондуктор ушла в начало.

— Ты что творишь? — шепчу.

— Да перестаньте меня лапать! Что, думаете, если не вижу, то и не чувствую?

Люди начинают оборачиваться на нас, а желание убить Жданова становится все крепче.

— Не трогала я никого… — мямлю и чувствую, что начинаю розоветь.

— Вы мне уже в штаны забрались. Прекратите это немедленно, общественное место! Нахалка!

— Жданов, блин…

Чувствую, что вокруг меня стало свободнее, люди каким-то чудом разошлись дальше, лишь бы не стоять ко мне вплотную. Мое лицо уже не румянится, а принимает оттенок вишни, поскольку Жданов и правда актер от бога.

— Козел, — бубню под нос, а когда двери троллейбуса открываются, вываливаюсь на улицу.

Следом выходит и Миша, ехидно улыбается и поднимает очки.

— Можем ехать дальше.

Он указывает мне на остановку, что находится через дорогу, а я выхватываю у него трость и бью одним концом в “солнышко”. Не сильно, но достаточно, чтобы заставить его процедить сквозь зубы:

— Су-у-у…

— Если закончишь, я и другим концом приложу.

— …мку застегни, — скалится он и тычет пальцем на расстегнутую молнию. — Что ж ты ему работу облегчаешь?

— А ты что сделал только что? Если б он там был, всей твоей хитроспланированной операции конец. И что, мы просто так все утро прокатались?

— Не было его там, пять остановок проехали и ничего. Если б был, уже бы попался. Пойдем, последняя попытка, и на сегодня хватит.

— На сегодня? — кричу вдогонку, округлив глаза. — Я с тобой этим больше заниматься не собираюсь!

— Тише, Володя!

Жданов вдруг одергивает меня за рукав, возвращает очки на место и будто бы незаметно указывает мне на человека на остановке. Тот бегло осматривает стоящих людей, словно примеряясь, у кого получится урвать куш пожирнее. Слету понимаю намек и киваю.

— А теперь, цыпа… Изображаем цыпу.

Щипач не крупный, не вызывает ужаса, при желании с таким я справлюсь и сама, а присутствие рядом Жданова в кои-то веки успокаивает, а не бесит.

— Извините, а на Лермонтова я отсюда доеду? — спрашиваю у женщины на остановке, сделав тон соответствующим “цыпе” и играю браслетами на руках.

Для виду проверяю кошелек и аккуратно убираю его в карман с мышеловкой. Миша поблизости уточняет удругого пассажира, ходит ли здесь двадцатка и, получив утвердительный ответ, встает недалеко от меня.

Подъезжает двадцатый автобус, и мы пытаемся втиснуться в него. Замираем на ступеньках. Наверно, и из меня актриса получилась хоть куда, потому как наш щипач встал прямо за мной на ступеньку ниже.