Онлайн книга «Plus-size для шейха. Свадьбы (не) будет!»
|
– Кто?! – возмутилась на русском. – Я?! – Даша! – вмешалась Фируза. – Можно тебя? Мы на секундочку. Мы отошли в сторону, и подруга перешла на русский: – Даш, так дело не пойдёт. Ты смотри, она аж покраснела от злости! – Ну а что я могу? Ты же слышала… – Возьми себя в руки. Ты же хочешь ей понравиться? – Но… – Вперёд! – Фируза подтолкнула меня к Кадире. Я тяжко вздохнула: – Хасиба, переведи, пожалуйста, что я никого не обольщала. Что мы встретились однажды в лифте, поговорили три минуты, а потом он, по неизвестным мне причинами, узнал во мне любовь всей своей жизни. Скажи, что Амир прекрасный мужчина, заботливый, добрый, надёжный, с отличным чувством юмора… – Даша, не увлекайся, – шепнула мне Фируза. – Но я… эм… ценю свободу и… и строю карьеру… Почему все мои аргументы кажутся смешными даже мне самой? Как же мне расположить к себе эту женщину? Должно же быть хоть что-то, что ей понравится во мне? Глава 23 Кадира сделала многозначительный взмах рукой и добавила по-арабски пару ласковых. Вздохнув, Хасиба перевела мне: – Мама Кадира больше не будет слушать всякую чушь от аферистки. Тут я буквально вскипела от злости. Меня, как риэлтора, часто аферисткой называли, например, когда я отказывала в скидке на квартиру по причине того, что я НЕ продавец. Но, в отличие от своих коллег, я всегда вела дела честно. И поэтому-то слово «аферистка» для меня как триггер, пусть Хасиба и сказала это по-английски, я отлично себе в голове всё перевела. – Знаете, что? Да я… – Даша! – Фируза подскочила ко мне и крепко схватила за руку. – Нам уже пора! У нас дело, забыла? – Дело подождёт. Я сейчас объясню этой женщине… – Хватит, – подружка понизила голос, – ты об этом пожалеешь потом. Не надо тебе окончательно портить отношения с его мамой. Я сделала глубокий вдох и выдох. Она права: я сейчас только испорчу всё. – Спасибо, что уделили время, – сказала я по-английски, а потом развернулась, чтобы выйти из комнаты. Хасиба хотела выйти вслед за мной и Фирузой, но Кадира придержала её за руку, молча прося задержаться. Кажется, кому-то сейчас достанется. Я чуть расслабилась только тогда, когда мы с Фирузой оказались в гостиной. – Какой-то дурдом! – посетовала я. – И чего она на меня так въелась? – Амир – её единственный ребёнок. Мамы всегда немного ревнуют сыновей. – Ну, Нура-то её устраивала. – Это закончилось бы, как только Нура с Амиром стали бы жить вместе. Мне эта идея совершенно не понравилась. – Она ему не подходит, – фыркнула я. – Согласна, – улыбнулась Фируза. – Ему подходит… кое-кто другой. – Интересно, кто, – естественно, я знала, о ком она. – Пф-ф, ну не я же. – Ну да, ну да… – Она хотела сказать что-то ещё, но вдруг её телефон зазвучал молитвой на арабском. – Ой, время намаза. Потом поговорим, хорошо? Я кивнула, и подружка убежала к себе в комнату. Оставшись в одиночестве, я устроилась на диване в гостиной и стала размышлять о том, что делать дальше. Должен же быть способ как-то помириться с Кадирой? Мне совершенно не нравится, что мама Амира ненавидит меня лютой ненавистью. Хотя… какая мне, в сущности, разница? Недели через три я вернусь в Россию и больше никогда не увижу эту семью. Что-то раньше эта мысль приносила больше облегчения. И это значит, что… Нет! Ничего я не влюбляюсь, глупости какие-то. В моем плане на жизнь – карьера, помощь родителям, а лет этак через десять может, и выйду замуж. За того, кого сама выберу, а не за арабского принца, который заманил меня сюда хитростью только потому, что узрел во мне любовь всей своей жизни. |