Онлайн книга «Горячий отпуск для булочки»
|
У нее очень нежный голос, я вчера еще заметил. Подаю сметану девушке, наши пальцы соприкасаются. По телу проходит мощная волна возбуждения. Да я рядом с этой булочкой как озабоченный подросток! — Да, я, — гордо выкатываю грудь, — что по мужской части нужно, обращайтесь. Прибить, починить, подлатать. — Ничего не нужно, спасибо, — сладкая булочка не идет на контакт, но я упорный. — Точно? Может, все-таки… — чуть двигаюсь ближе, касаюсь ногой ее бедра. Машуня густо краснеет. Подкладываюей еще вареников. Щедро сдабриваю сметанкой. — Кушайте, Мария Анатольевна. А то похудеете… А я этого не хочу, мне безумно нравятся ее формы. Я хочу и буду их трогать, тискать, мять. Но внезапно булочка с корицей гневно сверкает глазами. Резко встает из-за стола. — Думаете, это смешно? — тихо спрашивает, затем выскакивает и убегает. Громко хлопает дверью. Да что я такого сказал? — Каков идиот, — вздыхает Виола Гавриловна, — беги давай за ней! — Понял! — подскакиваю. — Спасибо за вкусный завтрак! Бабуся закатывает глаза, а я со всех ног несусь за своей булочкой. Да, она моя! Я понял это, только ее увидев. А Гордей Демин своего никогда не упустит. ГЛАВА 5 Маша Вылетаю из домика Виолы Гавриловны. Сама не знаю, почему меня так обидели слова Гордея. Обычно я колко отвечаю на выпады касательно моего веса. — Маша! — слышу его голос сзади и припускаю быстрее. Добегаю до своей калитки. Меня буквально вталкивают на мой участок. Гордей прижимается ко мне своим горячим телом, а я теряюсь. Быстро, однако, он меня догнал! — Что ты делаешь?! — взвизгиваю. — Это вторжение на частную собственность! — Я бы вторгся… — он жадно меня осматривает, продолжая прижимать к забору, — в твою… ХРЯСЬ! Отвешиваю ему сочную пощечину. — Отпусти! — рычу. — А не то я… Договорить не успеваю. Жадные губы впиваются в мои. Все мысли вылетают из головы. В животе рождается непонятное мне томление, которое я не испытывала долгие годы. Губы Гордея мягкие, поцелуй пылкий. И мне нравится… — Что ты… хватит… ты — возмущенно пыхчу, когда мажор отстраняется, осоловело глядя на меня. В его глазах плещется безумие и еще что-то, что я видела у мужчин, но никогда это не было обращено ко мне. К стройным подружкам — да! К эффектным незнакомкам на улице — пожалуйста! Ваня тоже жадно пожирал глазами худых девушек. А меня словно не существовало. — Не смей! — рычу, стараясь отпихнуть эту скалу. — Никогда, слышишь? — Но я хочу! — перебивает меня. — Ты очень красивая девушка… — Зачем врать? Ты меня толстой обозвал! — искренне возмущаюсь. — Вот буквально две с половиной минуты назад! — Я? Да в мыслях не было! — хмурится. — Ты мне еще вчера понравилась… — Уходи, — мне удается слегка его сдвинуть, — ищи вон длинноногих красоток, а пышек оставь в покое! Хватит глумиться! Не верю, что могу нравиться этой горе мышц. Он смеется надо мной! Гордей надвигается на меня. Затем подхватывает под ягодицы. Поднимает, как пушинку. От страха взвизгиваю и цепляюсь за его плечи. — Ты не пышка, — довольно скалится, — ты булочка… моя булочка с корицей. Видишь, я спокойно держу тебя. Так что не ты толстая, а твой бывший — доходяга. — Кобелина он! — силы меня покидают. — Как и все вы! Отпусти! Сейчас же поставь меня на землю! — Я не такой. Дай шанс, Машуня, тогда отпущу… |