Онлайн книга «Измена. Яд твоей "любви"»
|
На том и распрощались. Чуть более стабильная и менее нервная, пошла заварить чайку. Теперь можно. Когда трубка снова запела, я еще удивилась: уже фото нашла? Или новости появились? Поскольку руки были заняты чаем, просто ткнула в «ответить» и уточнила: — Сашуля, что? Уже фото готовы? А там… — Нонна, никаких больше левых мужиков, милая. Андрея, я, так и быть, прощу тебе, но Александр — это перебор уже, — логика Олега меня последнее время реально пугает. — Зарецкий, ты в прошлый раз меня плохо понял? У нас с тобой все отношения завершились шесть лет назад. Шесть. Единственное, что у нас есть общее, кроме воспоминаний — сын. Все. Оставь меня в покое. — Как ты не понимаешь? — выдохнуло надрывно из трубки, — Я люблю тебя! А я такая злая уже, что плевала я на воспитание, и что «правильные девочки» не скандалят: — Так любишь, что разрушал все мои отношения? Предал и подставил друга? Влез в мою учебу, даже мальчика, который за мной ухаживал, и того удалил из моей реальности? А ведь без шантажа и угроз не обошлось! Как я от него, оказывается, устала. — Нонна, пойми: ты — моя. Всегда была, есть и будешь. Тебе нужен лишь я. Зачем какой-то непонятный суррогат? Если сейчас, когда я развелся, мы станем семьей и снова будем счастливы… — Мы уже пробовали. Ни к чему хорошему для меня это не привело. Я все тебе сказала. Прощай. И забудь меня, — вот ведь задолбал. — Ты — моя, Нонна, и я тебе это докажу. Ты же поняла уже, что твой тупой качок, такой же, как и все мужики? Только без надзораостался, как сразу с какими-то левыми бабами обнимается… Я там тебе фото скинул, полюбопытствуй. И жди меня. Помни, милая, ты — моя! Трубку я бросила, и так мне страшно стало, что спала я со светом, обложившись сковородкой, телефоном и тревожной кнопкой для вызова охраны ЖК. Единственное хорошее, что принесло мне утро — сонного Кира на кухне с сырниками и какао: — Привет, мам. Давайте, завтракайте и поедем к врачу. — Кир! Ты как? А… что?.. — впала в ступор, но ребенок уже усадил меня за стол, придвинул чашку и тарелку. Сам устроился напротив и пообещал: — Ешь, все расскажу. Новостей как таковых не было, основное, что Андрею и правда лучше, поэтому он уже переведен в интенсивную терапию из реанимации. Порадовалась. Но все хорошее на этом закончилось, потому что милейшая доктор, к которой я пришла на прием и УЗИ, повозив по животу датчиком, категорично заявила: — Нонна Аркадьевна, милочка, ложимся на сохранение. Все мои возражения, уговоры и обещания выполнять назначения, не волноваться, дышать воздухом, не нервничать и есть фрукты, были отвергнуты. И, что обиднее всего, не только врачом, но и сыном: — Мам, давай, раз доктор говорит лежать, значит, ты полежишь. Хорошо? Нам же надо, чтобы наш этот… родился здоровым? Кстати, а кто у мамы там? — Ох и резвый вы молодой человек, — умилилась докторица. — Специально для такого заботливого и разумного старшего брата я скажу: учись плести косички! Кир завопил: «Ура!», а я, осознав новость, разрыдалась. Так и получилось, что Андрей лежал там, мы с дочерью — здесь, и только Кир собирался мотаться между нами туда-сюда… Тоже мне, Фигаро нашелся! |