Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 135 – Дора Шабанн

«Что такое осень? Это камни

Верность над чернеющей Невою

Осень вновь напомнила душе о самом главном

Осень я опять лишен покоя…»

Ю. Шевчук «Что такое осень?»

Кир

Сентябрь пролетел стремительно.

Никогда такого не было, и вот опять, как говорит моя нынче вынужденно ограниченная в передвижениях, но все равно чересчур активная матушка.

У нас жизнь била ключом, причем разводным и по голове. И почему-то все время меня.

Очень бы пригодилась способность разорваться на тысячу маленьких Кирюш, чтобы везде успеть, а-то у меня такое чувство, что я все время что-то упускаю…

Так, как учила святая женщина — мама Нонна, перечисляем по пунктам.

В Универе своем был. Лекции отсидел, доклад оттарабанил, презентацию сдал, на следующую неделю для свободного посещения себе задания взял. Был хвалим на кафедре. Молодец какой, матушке поклон и приветы.

Вот ведь дед Сева у нас неуемный? Узнал, куда я поступил, и тут же навел мосты. Так что теперь меня любят здесь ничуть не меньше, чем в родной альма-матер.

Ну, это к лучшему. Сильно жизнь упрощает, да.

Дальше, Андрей лежит в обычной палате, перспективы вдохновляют, собирается к концу недели выписаться, потому что «не может больше тут валяться, когда этот козлина на свободе разгуливает…» — это цитата из ежедневных выступлений моего будущего родственника.

Ладно, здесь хоть врачи не возражают. Просто физические нагрузки на пару месяцев строго ограничили, а в остальном:

— Нет, любимую женщину на руках носить можно. И супружеский долг тоже не запрещен. Следите только, чтобы жена вам спину не расцарапала, — врач у него тот еще приколист.

— Мне бы еще жениться, — тоскливо вздыхал Андрюха.

Но тут такое дело: что потопаешь, то и полопаешь, поэтому я, конечно, кивал и поддерживал, а новости от матери привозил и приносил регулярно. Чтобы взбодрить его до нужного состояния.

А матушка, м-да.

Мать моя, Нонна Аркадьевна, давала нынче нам прикурить хлеще, чем весь остальной мир, вместе взятый, епта.

Для начала несравненная моя маман вздрючила свою новую кафедру и вынудила их организовать ей рабочее место прямо в палате.

Как я охренел, когда понял, что она регулярно ведёт лекции он-лайн, а два раза в неделю к ней является её аспирант— не пересказать. Все сплошь нецензурщина из меня перла.

Это был, конечно, номер.

Я, когда про это, не подумав, Андрюхе брякнул, думал, он через окно из палаты своей уйдёт. К ней.

Ну, я-то сначала с уговорами к дражайшей родительнице сунулся:

— Мам, готовила бы ты спокойно материал для докторской, а не вот это вот всё?

Она только улыбнулась, а дальше я повторял свои увещевания по телефону ей регулярно, но кому это?

Мама мне ещё и похвасталась:

— Как сказал наш завкафедрой: «Хвала пандемии, теперь мы умеем и так тоже», — хитро улыбнулась матушка и показала, как особо доверенные студенты настроили ей в палате место для ежедневных трансляций.

Дурдом какой-то. Честно.

Я, когда впервые у неё левого мужика застал, обалдел, как вернувшийся досрочно из командировки муж.

Ну и брякнул:

— Мать, это ты чего удумала? Тебя положили сюда отдыхать и не нервничать…

— Кир, знакомься, это Вадим, мой аспирант, — мама улыбнулась безмятежно, а в глазах ни капли раскаяния.

Ох, любимые и дорогие женщины, что же вы с нами творите?