Книга Немного о потерянном времени, страница 65 – Дора Шабанн

Бл*, голос нашего проректора я узнал бы даже в коме, думаю. Но после выхода — однозначно.

Ах ты, тварь хитромудрая.

Нет, я не согласен, чтобы ты там себе, моя милая, не решила.

— Ну, что ж, любезный мой супруг. В соответствии с нашими давними договоренностями, получив компромат, я желаю выслушать вторую сторону. Прошу, — с этими словами в руку, свободную от капельницы, ложится телефон любимой.

Сука Аннушка! И ее подпевала Диночка, бл*.

— Последние мои воспоминания: я после вручения диплома пил коньяк со здешним проректором.

— С покровителем Кота, не к ночи он будь помянут? — удивленно тянет жена.

— Марго, я идиот. Русу тут втирал про разведку, а сам попал, как лох.

— Ну, это не самое страшное во всей истории, — супруга тяжело вздыхает, а на лице то самое выражение, что я узнаю с ходу. Так она выглядит, когда о семейных узах рассуждает. Своих, Руса, Ника. И моих.

Надо срочно говорить, потом может быть поздно:

— Аннушка-сучка организовала мне фотосессию. Любимая, чем хочешь, клянусь…

Жена поднимает на меня заплаканные уставшие глаза и шепчет:

— Какая, ежки-плошки, Аннушка? Ты чуть не умер! Ты понимаешь, что я пережила там?

— Там? — как дебил, хлопаю глазами.

— Дома. Когда поняла по фото, что ты без сознания? Когда просила твою биологическуюсестру вызвать скорую? Когда звонила в Универ администратору, ведущему конференцию? Когда мы с мальчиками ждали ответа?

Бл*, я такой долбодятел, что стыдно, капец. Как можно было расслабляться, когда узнал, что Аннушка едет в Новосиб, где ее доклад притянут не просто за уши, а за то, на чем они меня в итоге так классно провернули?

— Прости, прости меня, любимая. Я безответственный идиот. Попался, как пацан…

— Ты ведь до сих пор не решил: они твоя родня или как, — печально, но спокойно констатирует моя несравненная.

Естественно, возмущаюсь от всей души:

— Давно я решил.

— Нет. Иначе послал бы Анну сразу. И так далеко, что их с Диной и не нашли бы до сих пор.

— Но я… — бл*, что я за идиот такой косноязычный и не определившийся?

Маргарита вздыхает, запрокидывает голову, после встряхивает ей, чтобы я ни в коем случае не увидел, что она плачет.

Сука! Я довел любимую до слез. Бл*, мало нам Ника и его вывертов в адаптации, Руса с его ранением и вечной любовью? Тут еще и я тоже молодец…

Если Марго захочет нас послать, я не удивлюсь. Но буду сопротивляться, как и парни. Я уверен.

— Влад. Я ни на что не намекаю. Просто пришло твое время. Время выбирать.

А я что? Как мне ей объяснить? Как мне самому понять?

Кроме слов из далекого школьного прошлого, о важности родителей, что у меня есть на одной чаше весов?

Ничего хорошего.

Плохого — валом.

Унижение, притеснение, попрание прав и свобод, оставление в опасности, лишение родительских прав, покушение на убийство, угрозы и опасные для детской психики эксперименты.

А с другой стороны — весь мир. Мир полный трэша, лихорадки, дикой пахоты на пределе сил, страхов, побед, достижений, радости, тепла.

Моя женщина и мои дети.

Какой тут может быть выбор?

Целую руки своей Королевы. Утешаю хоть так. Готов сделать все, что она считает нужным. Для нее. Для детей. Для нас.

— Для себя, что ты готов сделать? — точно в центр проблемы лупит вопросом моя единственная.

До сих пор я был готов сделать буквально… ничего.