Онлайн книга «Второе дыхание»
|
Остальные загоготали и шумно поддержали такое, логичное, на их взгляд, предложение. Извини, Софочка, в Филармонию без меня сегодня. Да и вообще, чего он там забыл? Гульнули с парнями хорошо. Студенческие годы Артёму вспоминались очень живо в процессе. Спасибо здоровью, не подвело и, к обеду субботы, он был вполне в себе и готов ехать на природу. Никаких претензий или репрессий по поводу пропущенного культурного мероприятия не последовало. Папина дочь только молча улыбалась и пододвигала к нему поближе тарелочку с пончиками и чашечку со свежесваренным кофе. Закалённый брачным бытом мозг подозревал подвох. Вот и сейчас, утром хмурого понедельника, сидя в своём временном офисе за разбором принесённых секретарём делегированных ему заявок, потягивая горячий ароматный кофе, чуял подвох во всём. Кстати, с момента отъезда он общался с женой только в вотсапе и всего раз. Вечером в пятницу, после выезда «в поле», отправил панораму живописного уголка, где вскоре, дай-то Бог, будет современный комфортабельный посёлок. Получил в ответ фото жениного кладбища. Видимо, в обед гулять пошла. Диалог, последовавший за обменом фотографиями, насторожил бы, еслибы не восторг из-за отмены визита в филармонию: Артём: «Как вы?» Ульяна: «Норм» Артём: «Все здоровы?» Ульяна: «Да» Артём: «Как погода? Здесь ветрено» Ульяна: «Ночью шёл дождь. Кольцо утром было скользким» Артём: «Какие планы на субботу?» Ульяна: «Ждём родственников к 15–00» Артём: «Хорошо. Всем привет. Шлите фото» Ульяна: «Ок» И на этом всё. Не считать же за общение субботние десять фото с празднования Надюшкиного девятилетия? С тех пор тишина везде: в чатах мессенджеров, в телеграмме, в соц. сетях — никаких новых постов, про звонки можно и не вспоминать. И вот как это понимать? Ладно, надо еще поработать, потом покурить, потом обед. Уля, кстати, уже на работе должна быть. Может, позвонит или напишет? Собрался с мыслями, вчитался в предоставленные документы. Начал набирать заключение по рассматриваемой заявке. Но вот где засада: глядя в подмигивающий курсором монитор, вместо пояснительной записки к предложению Архитектурной студии «Ар-деко» виделось почему-то серое питерское небо, низко летящие над Невой альбатросы и задорная девчонка с рыжим кудряшками. Такой он увидел Ульку в далёком двухтысячном, на молодёжном фестивале, проходящем в сквере у Медного всадника. А потом телефон брякнул сообщением. От Влада. Три фото, и после них знак вопроса. В груди запекло, в ушах застучало, дыхание перехватило. Он не мог вдохнуть, кажется, вечность. Сидел и, до рези в глазах, всматривался в проклятые фотографии. Первое: на переднем плане — офигенный харлей. А за ним — Ульяна, стоит у припаркованного рядом с мотоциклом Тигры в офисном прикиде. На ногах у жены балетки (она на каблуках не водит, когда считает нужным, надевает туфли после приезда на место), в руках подарочный новогодний пакет. Если сильно увеличить снимок, можно опознать в торчащем из пакета фрагменте вязаную корзинку из трикотажной пряжи. Но это всё фигня. На фото есть ещё один персонаж. Рослый качок, обряженный с головы до ног в чёрную кожу, золотые патлы до плеч — видимо, тот самый Львёнок. Эта зараза лыбится во всю ширь квадратной челюсти и протягивает Ульке веник из бордовых роз. |