Онлайн книга «Третья леди Аргайла»
|
— На, — протянул Кэтрин лакомство, — дай ему… Тролль, бери, можно. Своя. Розовый собачий язык — не черный — свалил к кобелю в пасть с ее ладони кусочек вяленого мяса. Своя. Аргайл сказал — своя! Пусть хотя бы только для пса, но… А Тролль сожрал данное, рыло свое к Кэт обернул и маленькими красными глазками стал в лицо заглядывать: дай, мол, еще, жалко, что ли, тебе? Что так мало-то? И тихо, тоненько, жалостливо стал выскуливать мзду… ажно с присвистом. — Ладно прибедняться-то, как нищий у дороги… Подойди ближе, протяни руку, Маклин. Пусть запах запомнят и привыкнут. Но шаг — и Фрейя недружелюбно сдала нешуточной кормою назад, но Кэт, молясь про себя и воззвав к Богоматери, протянула руку, была обтыкана в нее собачьим мокрым носом, а после потянулась Троллю и за ухо… — Сдался, кобелина, — резюмировал Аргайл, — продал вчистую хозяина… Но улыбка его — куда мягче обыкновенной скептической ухмылки — говорила о другом: такое лицо бывает у человека, знакомящего двух своих старых друзей. Но прежде чем Кэт успела умилиться принявшему ее Троллю, пара учуяла что-то: мгновенная стойка, насторожившиеся уши, и тут же — нырок в мокрую траву, только каменные мускулы и перелились под лоснящейся белой шкурой. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что собаки не целиком белые — на подгрудке у той и другого была россыпь мелких пятен, как пятна на солнце, но кто его видал, тот подгрудок, особливо вблизи. Пытаясь увидать собак в тумане, стекающем по склону холма, Кэт видела только, как шебуршится кое-где трава да слышала их редкие переговоры: глуховатый басок Тролля и повыше — потявкивание Фрейи. Шуму не поднимали, не лаяли. Играли в тумане, ныряя, высовываясь, прячась снова, валяясь в мокрой траве в полном наслаждении, животы показывая беззащитно и лапами подергивая, как игручие котята… Рука Аргайла легла на плечо озябшей Кэт, утянула ее к мужу на грудь, под плед. — Ну, — сказал, — миляги же… А ты — крестом в них тыкать. Но что-то насторожило Кэт самой легкой иронией в голосе Роя. Третий урок состоялся еще через пару дней. А перед ним графиня Аргайл с изрядным недоумениемглядела на низкорослую лошадку с женским седлом, подведенную ей в поводу. Мохноногий горский пони — это прекрасно, но… — Зачем⁈ — А ты собираешься со мной пешком на охоту идти? Не сказал бы, что тебе в дамских тряпках будет просто это сделать. — Но как? Тут уже Аргайл вздохнул. Десяток клансменов — все взрослые бойцы — окружали его, почтительно ожидая, пешие, вполне снаряженные для вылазки в горы. Они не Кэт, им длинные юбки по скалам и буреломам скакать не мешают, вон сверкают коленками на загляденье девицам Ущелья. — В седле сидела когда? — и по молчанию всё прочел, и снова вздохнул. Кэт, конечно, доводилось сидеть в седле дома, но в монастыре забав вроде охоты и верховых скачек не водилось, о чем честно и сказала. Свернуть жене шею через падение с лошади, видимо, не входило в планы Аргайла. Лошадку расседлали, вернули под мужское седло, и Бурый волк, терпеливец, отправился сей день на охоту с женой под мышкой. А белые собаки, которых он таким образом прогуливал, бежали у стремени рядом. Пони был молодец, находил дорогу там, где и человек заплутал бы, но как только Кэт немного угрелась у мужа в объятиях, Фрейя приостановилась, сделала стойку, а после молча рванула вперед. |