Книга Код Кентавра, страница 24 – Даниэль Кирштейн

Он не произнес ни слова. Просто обвел зал своим ледяным взглядом, который, казалось, проникал в душу каждому. Его взгляд на мгновение задержался на группе Элитного потока, скользнул по Лине, не выказав ни удивления, ни узнавания, и двинулся дальше. Затем он коротко кивнул кому-то невидимому в тени.

И в этот момент пол под ногами кадетов дрогнул. Раздался низкий, нарастающий гул. Огромные секции пола по периметру зала начали медленно опускаться вниз, открывая шахты, из которых поднималось… нечто. Боевые роботы. Десятки боевых роботов разной конфигурации — от небольших, юрких машин на антигравах, вооруженных скорострельными бластерами, до тяжелых шагающих платформ с энергетическими пушками и ракетнымиустановками. Их оптические сенсоры загорелись красным, орудия пришли в движение, нацеливаясь на кадетов.

Одновременно с этим голос Капитана Вольфа, усиленный динамиками, прогремел над залом:

— Внимание, кадеты! Внеплановая проверка боеготовности номер семь. Условия: отражение массированной атаки условного противника в условиях ограниченного пространства. Задача: выжить и нейтрализовать максимальное количество целей до истечения времени. Время — пятнадцать минут. Оружие и защитное снаряжение — стандартные учебные комплекты. Начали!

Не успел он договорить, как воздух прорезали первые выстрелы. Голубые и красные лучи бластеров ударили по рядам кадетов. Это была не симуляция. По крайней мере, выглядело это чертовски реально. Кадеты мгновенно рассыпались, ища укрытия за редкими выступами или просто падая на пол, одновременно активируя что-то на своих коммах. Вокруг некоторых вспыхнули полупрозрачные энергетические щиты. Из скрытых панелей в полу поднялись стойки с учебным оружием — бластерными винтовками и пистолетами.

Начался хаос. Взрывы учебных зарядов, вспышки щитов, крики (боли или ярости?), лязг металла, гул репульсоров роботов. Зал превратился в поле боя.

А Лина… Лина стояла посреди этого ада, совершенно парализованная ужасом. У нее не было щита. У нее не было оружия. Она не знала, что делать. Роботы наступали, их красные сенсоры, казалось, были устремлены прямо на нее, самого легкого и беспомощного противника. Крещение огнем началось. И она была к нему абсолютно не готова.

Паника грозила поглотить ее целиком. Вокруг свистели бластерные заряды, вспыхивали щиты, кадеты стреляли, перекатывались, выкрикивали команды на незнакомом языке. Роботы методично продвигались вперед, их огонь становился все плотнее. Один из лучей ударил совсем рядом, опалив воздух запахом озона и заставив Лину инстинктивно упасть на пол, прикрыв голову руками. Сердце бешено колотилось в ребрах, в ушах стоял звон. «Я умру здесь! — пронеслась отчаянная мысль. — Я умру в первый же день, даже не поняв, за что!»

Но инстинкт самосохранения, отточенный годами выживания в не самых благоприятных условиях на Земле, оказался сильнее парализующего ужаса. Лежать здесь означало верную смерть. Нужно было двигаться. Нужно было найти укрытие. Оружие. Хоть что-нибудь!

Она подняла голову,лихорадочно оглядываясь. Ближайшая стойка с оружием была в нескольких метрах, но путь к ней простреливался сразу несколькими роботами. Укрытий почти не было — зал был слишком открытым. Но она заметила одну деталь: тяжелые шагающие роботы двигались медленно и предсказуемо, а их орудийные башни поворачивались с небольшой задержкой. А еще — пол. Он был испещрен не только разметкой, но и техническими люками, решетками вентиляции, стыками панелей.