Книга Драконово логово. Развод столетия, страница 129 – Эва Кертис

Вот оно! Признание! Как жаль, что под рукой нет моего любимого диктофончика! В своем мире я ни на одно совещание без него не ходила. А то понадают заданий, и к концу брифинга уже и не вспомнишь самого главного. Но в мире драконов такое не предусмотрено. Только мои слова. И еще вопрос, будет ли их достаточно, чтобы публично разоблачить и осудить Мастича?

— Зачем вам это? — изо всех сил стараюсь делать испуганный вид.

— Власть и деньги. При помощи совета я стану самым влиятельным драконом на Чернильном побережье. Драконово Логово — глухая деревня по сравнению с тем, где я буду властвовать. И все обязательно будет так. А Бернард — просто доверчивый осел, — с ненавистью выплевывает Мастич — А теперь еще и убийца. Но и это даже не главное, в чем обвинят твоего драгоценного супруга.

Сердце камнем замирает в груди.

— Ах-ах, он ведь главный зачинщик заговора против короля. Иначе почему он сейчас скрывается, а? О, не делай такое лицо, Алиночка, мы все предусмотрели. И когда его найдут рядом с твоим трупом, картина очень красиво сложится.

— Ты не докажешь! — кидаюсь к решетке и совершаю самую главную ошибку: оказываюсь слишком близко от Мастича.

Он внезапно впивается пальцами мне в волосы, резко запрокидывает голову назад. Боль пронзает кожу, слезы наворачиваются на глаза, но я не издаю ни звука. Его перекошенное лицо нависает надо мной, горячее дыхание обжигает щеку.

— Докажу! Все очень легко! — шипит он. Его голос становится сладким, ядовитым. — А потом настанет очередь всех, кто вам дорог.

Сердце бешено колотится, в висках стучит. Он не блефует.

— Ты уже проиграл, —выдыхаю я. — Бернард и король наверняка уже знают правду.

— Мертвые ничего не расскажут! — рычит он и резко дергает меня за волосы так, что шея хрустит.

В глазах темнеет, но я вдруг отчетливо слышу голос того, кого здесь уж точно быть не должно.

— Последний шанс, Мастич. Отпусти ее, — голос мужа обжигающе ледяной, как сталь. Он делает шаг вперед, и под его сапогами отчетливо хрустит мелкий камень моей темницы. Как Бернард здесь вообще оказался?!

Офицер укрума хватается за меч, но Мастич лишь смеется.

— Ох, как трогательно! — Он внезапно прижимает лезвие к моему горлу. Холод металла впивается в кожу. — Давай, Бернард. Сделай шаг — и я вскрою ей горло.

В воздухе повисает напряжение.

Я вижу, как сжимается челюсть Бернарда. Он оценивает врага, просчитывает вероятности развития событий. Но вдруг от Бернарда отделяется тень. Молниеносно бросается к офицеру укрума, и тот с хрипом падает на пол.

Из его спины торчит черная стрела.

Мастич на секунду отвлекается, и я пользуюсь моментом — изо всех сил кусаю его руку.

— АААРГХ!

Он рефлекторно разжимает пальцы, я падаю на пол.

Свист — черная стрела вонзается Мастичу в плечо. А потом еще одна в бедро.

Он пронзительно орет, хватается за раны, кровь сочится сквозь пальцы.

— Кто…?!

Из тени выходит фигура в черном плаще. И в этот момент, я готова поклясться, у меня челюсть с грохотом ударяется об пол.

Кассандра?! Эта дурочка-служанка? Сейчас ее лицо суровое и сосредоточенное. Глаза сверкают холодом, в их глубине клубится настоящая тьма. Глядя на страдающего Мастича, она носком сапога переворачивает его на спину, чтобы сказать последние слова.

— Прости, любовничек, — холодно говорит она, натягивая тетиву. — Но ставки стали слишком высоки. — Третья стрела вонзается Мастичу в глаз, вне очереди отправляя его на суд всевышнего.