Книга Условия развода, страница 72 – Лара Вагнер

Он произносит эти слова таким тоном, что у хозяйки сразу пропадает желание сплетничать дальше.

— Что ж, раз вы больше ничего не хотите… Время и вправду позднее. Только прошу вас, никому не передавайте то, что я сейчас рассказала. Мне ведь сообщили под большим секретом…

— Не беспокойтесь, мы будем молчать.

* * *

У самой двери отведенной мне комнаты на втором этаже шепотом спрашиваю хозяйку:

— А вы знаете, когда это произошло? Ну, то трагическое событие.

Она тоже шепотом отвечает:

— Из письма я поняла, что прошлой ночью.

— Ах, да, вы же сказали в самом начале… Я забыла…

— Ничего страшного. Когда случаются всякие трагедии, все из головы вылетает. У меня тоже всегда так…

— Спасибо, — обрывает ее Гарбер, который идёт рядом. — Дальше мы сами разберемся.

Он забирает у хозяйки масляную лампу и распахивает дверь. Мы вместе с ним заходим в маленькую комнату, где едва умещаются кровать, пузатый шкаф и круглый столик. Гарбер ставит лампу на стол, подходит к окну, окидывает взглядом темный двор.

— Отдыхайте, госпожа. — Хотя хозяйка уже удалилась, он по-прежнему не произносит моего имени. Вообще это правильно, вдруг кумушка подслушивает под дверью. — Завтра придется рано встать, чтобы успеть доехать до сумерек.

— Хорошо. А вы не будете… как бы сказать… присматривать за мной? Вдруг я…

Он серьезно отвечает:

— Нет. Я знаю, что вам некуда бежать.

— Увы, так и есть.

— Закройте дверь на засов. Здесь вполне безопасно, но на всякий случай.

— Обязательно закрою. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Он направляется к двери. Комната настолько тесная, что когда Гарбер проходит мимо, я ощущаю тепло его тела. Это слишком глупо и легкомысленно, но мне почему-то хочется оказаться ещё ближе к нему, прислониться к этому сильному мужчине и наконец-то почувствовать себя защищённой.

Серое ранее утро, на улице зябко и туманно, но задерживаться на постоялом дворе нельзя, пора трогаться в путь. Хозяйка протягивает мне бумажный сверток:

— Это вам, чтобы в дороге не скучать.

От хрустящего свертка пахнет свежей выпечкой.

— Большое спасибо.

— Счастливого пути!

Она наклоняется к моему уху и шепчет:

— Госпожа, у вас такой преданный управляющий. Оказывается, он всю ночь не спускал глаз с вашей двери. Выбрал для себя комнату напротив вашей и сидел возле порога на стуле. Будто охранял вас. Хотя в моем доме женщины могут не беспокоиться о безопасности, но все равно, это так мило.

Мне слуга рассказал, он заметил.

— В самом деле?

— Наверное, у вас ревнивый муж, да? И вы с управляющим можете остаться наедине только во время поездок?

Хозяйка уже успела сочинить целый роман, фантазии ей не занимать. А господин Гарбер всего лишь проявил бдительность, чтобы осужденная преступница не улизнула ночью.

— Ночью во дворе слегка пошумели возчики. Они не первый раз тут останавливаются. Грубоватые типы, что с них взять. Ваш управляющий успел выглянуть наружу. Уж не знаю, как ему это удалось, но они сразу притихли.

— В самом деле? Я ничего не слышала.

— Вы сладко спали, дорогая. Раз было кому охранять ваш сон.

Кучер забирается на козлы и натягивает вожжи. Теперь уже точно время ехать.

Возможно, это был последний частный дом в моей жизни, дальше предстоит провести долгие годы в казенном учреждении, в вечной ссылке. Неужели это происходит именно со мной? Нет, не может быть!