Книга Условия развода, страница 75 – Лара Вагнер

— Тем лучше. Я сама, как вы заметили, не имела шансов выйти замуж и обзавестись потомством. Вся мояжизнь сосредоточена в Обители, тут я родилась и выросла. Предыдущей Наставницей была моя мать. После ее смерти я, можно сказать, получила должность по наследству.

Голос Наставницы чуть хрипловатый и слишком низкий для женщины. Однако он богат интонациями и на некоторых фразах звучит заметно выше. Приятный голос. Наверное, это единственное, что есть у нее привлекательного. В остальном… становится даже слегка жутковато при виде туго обтянутого землистой кожей лица и уродливого тела. Теперь я полностью зависима от этой странной женщины.

— Со временем вы привыкнете, — произносит она, — А прежняя жизнь будет казаться сном. В столице давным-давно позабыли про нашу обитель. Я очень удивилась, когда сегодня вы приехали. Сюда уже много лет никого не ссылали. Обычно до нас властям дела нет. Правда, раз в год присылают деньги на содержание, — Наставница презрительно кривит губы. — Лет четыреста назад на такую сумму ещё можно было как-то существовать. А сейчас это просто смешно. Чиновники делают вид, будто время стоит на месте и цены не растут.

— Наверно, это какое-то недоразумение. Мне кажется, можно написать в министерство финансов или… ещё куда-нибудь. И ошибку исправят.

— Зачем? Тогда Обитель будет обязана королевской казне. А так — они о нас не беспокоятся, зато мы никому не обязаны отчитываться и сами себя обеспечиваем. У нас свое хозяйство, излишки даже продаем в ближайший городок. Там же покупают рукоделия сестер. Кстати, вы умеете хоть что-то делать руками? Впрочем, сомневаюсь. Ну, придется научиться.

— Я хорошо разбираюсь в садоводстве и огородничестве. Вокруг своего замка развела грядки и клумбы. И в оранжерее всегда были прекрасные урожаи. А еще — вышиваю, вяжу, мастерю модные сумочки и шляпы. С шитьем справляюсь немного хуже, но иголку в руках держать умею. И ещё…

— Изумительно, — перебивает она. — Вот этими холеными ручками копались в земле? Не очень-то верится. Но если все правда, то вы здесь приживетесь и окажетесь полезной.

Между прочим, у самой наставницы руки как раз холеные. Сухощавые, с узкой кистью и отчетливо выступающими суставами, они вполне соответствуют ее общему странному облику, но по-своему изящны. С первого взгляда ясно, что грязная работа не для них. На указательном пальце правой руки — старинный перстень с очень крупнымовальным жёлтым камнем, на среднем пальце левой — широкое кольцо с граненым узором.

Она резко тянет за шнур, который свисает с бронзовой подставки посреди стола. Потом Наставница словно теряет ко мне интерес и погружается в лежащие перед ней бумаги. Не проходит и пяти минут, как в дверь стучат, потом она открывается.

— Заходите, сестра Кэррин.

Немолодая женщина заходит в комнату и останавливается напротив стола. Платье на ней тоже черное, фасон похож на платье наставницы. Только ткань заметно грубее, и белое кружево на высоком вороте выглядит попроще.

— Отведите новенькую в свободную комнату на третьем этаже. На ужин она опоздала, обойдется сегодня без еды. Завтра перед завтраком выведите ее к позорному столбу. Четыре часа. Соберите остальных. Все как раньше.

— Да, госпожа Наставница.

Наставница встаёт с кресла, чуть приволакивая ногу, вплотную подходит ко мне и обхватывает жёсткими пальцами мой подбородок, чуть приподнимая мне голову.