Книга Условия развода, страница 92 – Лара Вагнер

— Наставница всё-таки храбрая, — шепчет Джилли. — Терпеть ее не могу. Но вот сама так стоять… и знать что тебя запросто могут подстрелить — ни за какие коврижки не согласилась бы.

— Да, ее есть за что уважать.

— Теперь наверняка придется пахать на огороде и вообще работать ещё больше. Чтобы восполнить потери.

— Что ж поделать. Мы относительно легко отделались.

— Арни, ты не закончила сказку о Черном журавле и герцогине. Дорасскажешь сейчас?

— Это не сказка. Так и было на самом деле… На чем я остановилась?

— Герцогиня зашла в комнату, а там вместо раненого журавля — какой-то красавчик.

— Да, верно. Конечно, герцогиня Иллария была изумлена. Как мог посторонний мужчина оказаться в ее покоях? У нее буквально не было слов, но не от возмущения или гнева. Просто она не могла оторвать взгляда от лежащего перед ней молодого мужчины. Он показался ей самым красивым из всех, кого она за всю жизнь видела. Даже если считать картины и потаенные сладкие сны. Незнакомец потянулся, открыл глаза… откинул одеяло, наполовину обнажив безупречное тело…

— Интересно, которую половину он обнажил? — хихикает Джилли.

— Будем считать, что верхнюю. Что за пошлые усмешки? Не перебивай. Да, точно верхнюю, потому что на его левом плече герцогиня заметила затянувшуюся рану. У журавля рана как раз была в основании левого крыла.

— Доброе утро, мояпрекрасная госпожа, — как ни в чем не бывало сказал незнакомец.

— Кто вы? — наконец смогла произнести Иллария.

— Тот, кого вы спасли и о ком заботились столько дней. Я выжил только благодаря вашей доброте и вашему милосердию. Какой-то враг захотел от меня избавиться, пока я пребывал в птичьем обличье.

— Но кто же вы на самом деле?

Незнакомец вновь улыбнулся так, что, казалось, вся комната осветилась лучами неведомого солнца.

— Вы можете по-прежнему называть меня Черным журавлем. Такое прозвище мне по душе.

Иллария не знала, что отвечать на эти слова. В прежние времена оборотни встречались не так уж редко. Почти никто не считал их опасными тварями. И все же приютить оборотня в собственных покоях — это было чересчур.

— Но теперь вы не можете оставаться в комнате возле моей спальни…

— Разумеется, нет, моя госпожа. Я переберусь куда вам будет угодно. Хоть в самую маленькую каморку на чердаке. Лишь бы оставаться в одном доме с вами.

Он чуть приподнялся на своем ложе и поцеловал руку герцогини. Когда алые чувственные губы коснулись ее руки, а длинные черные ресницы дрогнули, словно крылья бабочки…

— У герцогини подогнулись ноги, так ведь? — опять перебивает Джилли.

— Все-то ты знаешь! Такая догадливая. Даже не охота рассказывать эту правдивую историю. Тебе ведь уже известен финал?

— Нет-нет, Арни, не сердись. Продолжай, пожалуйста. Больше не стану перебивать.

— Ладно. Раз ты примерно представляешь, что происходило с герцогиней, то подробности расписывать не буду. Если коротко, то она оставила Черного журавля в замке. Только ради приличия предложила поселиться в комнате на верхнем этаже, под самой крышей. Просторное помещкние прежде пустовала. Теперь хозяйка устроила там роскошное и в то же время уютное гнёздышко. Велела обставить комнату лучшей мебелью, украсить мягкими коврами, гобеленами, гравюрами и дорогими безделушками. Портнихи, которые жили при замке, сшили Черному журавлю множество изящных костюмов…