Онлайн книга «Дело – в швах! И между строчек»
|
И салфетка ещё, надо же… Ещё бы слюнявчик подала. Умением Дирка изящно пить чай восхищалась сама графиня Остен-Райт, её-то пухлые пальчики не умели так же красиво держать фарфор за тонкую ручку. Ради всех богов — салфетка! На «коленки»! Раздражённый Дирк из чувства противоречия смял сложенную птичкой вышитую тряпицу — терпеть не мог эти пошлые ресторанные ухищрения, мода на которые в столице давно прошла. Встряхнул, чтобы сложить в аккуратный квадрат — и на колени выпала надёжно и деликатно укрытая до этого от лишних глаз конфета. Дирк замер. Осторожно развернул фольгу, чувствуя, как горький комок обиды начинает таять, уступая место чему-то острому, тоже щемящему,но невыносимо тёплому. Шоколадная. Его любимый с детства вкус. ✂ — Или вот ещё «ёлочкой» можно, — учила Ами незадачливых поваров столовому этикету. — Хотя в вашем случае достаточно и того, что салфетки просто будут чистые. Ну, или просто будут. Да, и приборы подаются каждому гостю отдельно. — Сопрут же, — буркнул Мясник. — Значит, в счёт включите, — отрезала Ами. — А у меня время не бессчётное — ещё учить вас счёты сводить да по счетам спрашивать. Считайте, мы пока в расчёте, а вот как пригодитесь — так и окончательно сочтёмся. Так что, спрашиваю, мыши не донимают? — Мышей не видал… А вот кроты на заднем дворе по ночам скребут — эт слышал… Слышь, соседушка, а ты ещё вот что скажи: ежли в пшёнку ещё рыбьих голов накидать — так оно ж поди нажористее будет? А то чот народ жрёт через силу. Вона, глянь, и этот не доел… — Спасибо, очень вкусно! — тонким голосом пролепетал лысеющий мужичок под суровым взглядом Потрошилы. — А вы мне с собой не завернёте, я дома доем? Серый слипшийся ком с торчащей из него ботвой моркови шлёпнулся из тарелки в картонную коробку. Посетитель дрожащей рукой выгреб из кармана горсть монет. По прикидкам Ами, чаевые превышали стоимость заказа раза в два. — Во, держи, чудила, — ласково потрепал его за воротник Потрошила, вручая заказ на вынос. — И слышь: я 'тя запомнил. Так что завтра ждём — на обед уха будет. — Неп-п-премен-но… Невидимые мыши (или кроты) оказались на удивление избирательными. Ненавязчиво опросив соседей — и тех, что вваливались с пирогами в надежде взглянуть на приезжего баронета, и тех, к кому Ами наведалась сама под разными предлогами, выяснилось, что модистер не капризничал и слуховыми галлюцинациями не страдал. Кто-то говорил, что шум с моря доносится, у кого-то шелестела трава — ну да они привыкши, что тут такого-то. Вот только все эти шорохи, шуршания да шепотки на карте Бриара складывались в почти ровную линию. Вот же какой слух тонкий у жителей этих домов, надо же! А остальные соседи, надо думать, сплошь глуховаты — раз ни прибоя за пару кварталов от набережной, ни шелеста травы на каменистой почве так никогда и не слышали. Петра с первого дня ушла в глухую оборону. Нахальное органдикрылое заявило, что ничего не слышала, не знает и вообще требует адвоката, желательно из дархемскихгномов. На ленивое размышление Куницы вслух, а не завести ли в доме кошку, Петра взвизгнула, неуклюже кувыркнулась в воздухе и выдала дурно пахнущее искрящееся облачко. А когда Ами проморгалась, придя в себя от газово-пыльцевой атаки, Петры уже и след простыл. Ничего, решила Ами. Мелкая дрянь явно что-то знает, и, наверное, не стоило сразу показывать ей куньи зубки. Тэм зайдёт с другой стороны. Прикормит, вотрётся в доверие — уж в этом ей нет равных. |