Книга Дело – в швах! И между строчек, страница 47 – Анна Ледова

Дирк побледнел и сделал вид, что крайне увлечён журналом «Горная добыча», а потому не расслышал вопроса. К счастью, одна из дам спасла положение. И одновременно окончательно добила Дирка.

— Кстати, вы слышали новость? Говорят, какая-то девица вчера напялила на себя рыболовную сеть и так разгуливала по городу добрых два часа! Возмутительно!

Дамы — эти образчики моды прошлого столетия — заохали, а Дирк, не вынеся двойного удара, встал и церемонно распрощался, сославшись на то, что ещё не привык к местному климату, а потому чувствует лёгкое недомогание. Его так же недоумённо-вежливо проводили, взяв с Дирка обещание непременно посетить приём на будущей неделе.

Напряжённое ожидание, в какой-то момент переросшее в лёгкую панику, сменилось горьким разочарованием. Безупречные манеры Дирка и тщательно подбираемые слова натолкнулись на непонимание и разбились о провинциальную закоснелость. Беседам об искусстве тут предпочитали обсуждение вчерашнего рагу. Слово «модистер» пришлось растолковывать глуховатой графине аж дважды, она всё не могла уловить суть. При этом он ещё вынужден был терпеть снисходительно-жалостливый взгляд мадам Блом и её подруг, так и говорящий: «Боги, ну что мужчины-то могут понимать в дамской моде!». Законодательницей мод в Бриаре считалась сама супруга мэра — в этих своих рюшках и ужасном чепце.

Дирк для этого общества был «слишком». Слишком образован, слишком вежлив, слишком манерен, слишком прогрессивен. Слишком чужак.

От ужина Дирк отказался, несмотря на потяжелевший взгляд Гренадины, лишь попросил подать пустой чай в спальню. Аппетита не было. Мисс Тэм он ещё с порога пригвоздил к стене суровым взглядом, чтобы та невздумала задавать вопросы. Вот только её болтовни сейчас не хватало. Мисс Петру, радостно завизжавшую при его появлении, мисс Тэм перехватила сама.

— Вы, молодой человек, не там рыбу ловите, — прогремела кухарка, грохнув поднос на прикроватный столик, но умудрившись при этом не расплескать ни капли.

Дирк безразлично возлежал на заправленной кровати, вытянув руки по швам, и безучастно смотрел в белёный потолок. Его амбиции потерпели крах. Высшее общество Бриара вежливо поглазело на диковинную столичную обезьянку и вернулось к обсуждению удоев. Непреодолимой каменной преградой на пути к успеху стояли неистребимые чепцы и рюшки. Это был провал. Фиаско.

Как же всё это бессмысленно… Он никогда не станет своим в высшем обществе. Для столицы он недостаточно, а для провинции — слишком хорош.

Гренадина нависла над ним и продолжила:

— Мэрское кресло уже четыре задницы сменило, пока капитанша фон Штольц до сих пор занимает один и тот же стул в офицерском собрании. Графиня Дюташ — приживалка и бедна как церковная мышь. Мадам Блом, супружница мэра, строит из себя благодетельницу, а на выходе — пшик один, пыль в глаза. А вот игуменью местного монастыря тут крепко уважают и прислушиваются. Так что не в ту калитку вы стучитесь. Бриаром-то совсем другие люди заправляют. Пейте уже чай, пока не остыл. Да салфетку себе на коленки подложите, а то обляпаетесь. А куда ж вам ещё больше-то.

Лестница вновь затряслась под громыхающей чеканной поступью кухарки. Как всё это глупо, скривился Дирк. Капитанши и игуменьи. Его таланта достойны исключительно графини, герцогини и маркизы! Баронессы, на худой конец.