Книга Ведунья, страница 37 – Инна Сирин

Он соврал тебе, что отправил послание. Думаешь, королю ты нужна? Да у него таких десятки и все от него чего-то хотят. Если посмеешь еще раз ему написать, я тебя до полусмерти изобью!Он швырнул конверт мне под ноги и ушёл, громко хлопнув дверью, оставил меня рыдающую одну. Раньше он не был так жесток, хотя кто знает, может только при мне граф сдерживал свой нрав. А теперь, когда я стала его собственностью, решил больше не притворяться.

За ужином граф поинтересовался:

— Поведайте, какие новости в столице?

— Ох, лучше б их не было, сказать по правде, — ответил человек короля.

— Вы здесь в глуши видать не слышали, но Лондон недавно сгорел.

— Какой ужас! Как же так?

Я даже ненадолго пришла в себя и тоже прислушалась.

— Второго сентября начался пожар в предместье. Три дня его не могли потушить, пока не выгорели почти все деревянные дома и постройки. Город практически разрушен, многие погибли и остались без жилья. Король в трауре. Но город будет заново отстроен, решение уже принято.

Так вот что уничтожило мою судьбу. Огромный пожар. Может его величество и заметил бы моё прошение,если бы оно до него дошло, но когда такое происходит, ему конечно не до слёз какой-то там юной дворянки.

Следующее утро оказалось таким же дождливым. За мной пришёл человек короля и повел меня в церковь. Церемонию я не запомнила. Пастор был как всегда нуден, но мне показалось, что в этот раз закончилось всё быстрее. Как в тумане я вернулась в главный зал замка, где слуги уже накрыли стол.

Хотелось сбежать куда глаза глядят прямо сейчас, но увы, сделанного не воротишь. Мы теперь повенчаны.

К счастью в первую брачную ночь мой новый супруг напился так, что заснул прямо за столом. Весь следующий день меня трясло в ожидании ночи грядущей. Я ведь понимала, что граф это не Руфус, он знает, что делать и явно не заявит мне, что ему не нравится. Хоть я примерно представляла, что меня ждёт, к реальности всё же оказалась не готова. Я лежала на постели, зажмурившись. Он долго возился с одеждой, затем пыхтел надо мной, не касаясь. Потом потрогал рукой грудь и провёл по животу. Я вздрогнула от отвратительного ощущения его шероховатых пальцев на своей коже. А затем он просто раздвинул мне ноги и навалился сверху. Это было ужасно мерзко и больно.Вот тут и раскрылся мой секрет.– Ты что, девственница?! – возмущенно зарычал супруг, когда простыни окрасились кровью, а я протяжно вскрикнула. – Ты же говорила, что вы с Руфусом спали вместе?– Мы и спали, – пролопотала я сквозь слезы боли и обиды. – Он приходил и просто спал.– А ты?! Ты почему ничего не сделала?– А что я должна была сделать?! Я приехала сюда невинной одиннадцатилетней девочкой, как и положено!Гнев поборол во мне остальные чувства, боль между ног начала утихать. Я набралась смелости, чтобы противостоять насилию.– А ещё этот шарлатан лекарь! Он мне соврал! Ты его подговорила???– Даже если так, что это меняет?! Мы с Руфусом были слишком молоды для брака. Он вообще не хотел ничего делать! Я даже поцеловала его, а он велел больше так не делать, потому что ему противно. Что мне оставалось?!– Сказать мне надо было! Я бы его заставил! – орал мой престарелый супруг. Сейчас он был в одной рубашке и его сухое жилистое тело заставило меня скривиться.– Он и так вас боялся. Приходил только потому, что вы этого требовали! Если бы у нас было время…– Время?! Какое время? Вы должны были хотя бы зачать наследника. Это ты убилаего!– Что за бред?! Я заботилась о нём!– Но ты его не любила, не была ему женой по-настоящему, вот он и умер.– Да поймите вы уже, у нас не было чувств и мы были…– К черту разговоры. Ложись и раздвигай ноги. Мне плевать, что ты там чувствуешь. Мне нужен наследник и ты достаточно взрослая, чтобы его мне дать! Всё по контракту!– Не хочу! Мне больно!– Всем больно. Потерпишь. Рожать тоже больно. Ложись.– Не буду!Я брыкалась, кричала и плакала, а он орал на меня и даже ударил по лицу. Потом заломил руки и привязал к прутьям в изголовье кровати. Неужели все женщины вынуждены терпеть этот кошмар? Может дело в том, что мне в мужья попался сморщенный костлявый старик со злобным нравом? Или это смерть сына так ожесточила его? Когда я попыталась отбиться ногами, он дважды отвесил мне пощёчины, теперь щёки горели огнём.– Будешь так себя вести, я тебя до смерти изобью! Как муж имею право, и никто меня не осудит, шваль бесполезная. Бесприданница! Единственная от тебя польза, это герцогский титул и наследник!– Отпустите меня! – умоляла я его сквозь слёзы, но супруг лишь навалился на меня и взял силой, несмотря на мои слёзы и крики.Весь следующий день я отказывалась выходить из покоев, горько оплакивая свою участь. Он уехал на охоту на несколько дней, а слуги заботились обо мне, как могли.