Книга Она и зверь. Том 3, страница 114 – Maginot

– Ваше высочество, повторюсь, что дело не только в происхождении! Как я уже говорил, срок ее обучения…

– Срок? – Астина стремительно наклонилась вперед, и командир непроизвольно вздрогнул. – Тогда как насчет следующего года? Это тебя устроит?

– Простите?..

– Через год ты скажешь, что можно? Если год – мало, тогда через два? Три? Пять? Десять? – Астина впилась в него взглядом. – Я спрашиваю конкретно, Генри: когда именно ты соизволишь ее принять?

Глава ордена не знал, что ответить. Назови он срок – и придется принять Джесси: тут уж ничего не поделаешь. А если он промолчит, то признает, что вообще не собирается ее зачислять.

Командир самолично загнал себя в ловушку, и Астина прекрасно это понимала. Да и он тоже.

Его истинные намерения были очевидны. Женщина-простолюдинка не может вступить в рыцарский орден дома Аталлента. Никогда. Ни через год, ни через десять лет. Уже то, что он позволил ей тренироваться в дальнем углу ристалища, казалось ему милостью, которой девушка не заслуживала.

Наблюдая за реакцией упрямого командира, Астина откровенно, с нескрываемым презрением усмехнулась.

– Какое подлое рыцарство! Прячете свои предрассудки за высокими фразами о традициях и чести.

– Ваше высочество!..

– Довольно. – Астина резко вскинула руку, обрывая командира на полуслове, будто отмахивалась от назойливой мухи. – Сделаю вид, что сегодняшнего разговора не было. – Она встала из-за стола и направилась к выходу.

Генри поспешно окликнул ее:

– Ваше высочество! Но если станет известно, что она, к примеру, участвует в турнирах при поддержке дома Аталлента, авторитет всего ордена будет втоптан в грязь прилюдно!

Астина застыла на месте. Пальцы сжались на дверной ручке так, что побелели костяшки. Эрцгерцогиня медленно обернулась и пристально посмотрела на мужчину, но командир явно не собирался сдаваться. На его лице читалась непреклонная решимость упорство фанатика, готового скорее сжечь все дотла, но не отступить.

Даже беспутного Артура этот человек годами терпеливо оберегал, прощал ему дуэли, скандалы, любые выходки. Но к Джесси… к Джесси он был поистине беспощаден.

Астина знала, что Артур не вступил в орден лишь потому, что сам не захотел. Он всегда потакал своим капризам, иначе давно бы занял там законное место. И никто бы ему не перечил.

– Ты и впрямь не ведаешь ни стыда, ни совести? Или просто предпочитаешь не видеть собственного лицемерия?

Командир вздрогнул, будто Астина ударила его. Мужчина открыл было рот, чтобы возразить, но Астина уже толкнула дверь, причем с такой силой, что створка с грохотом врезалась в стену.

Астина собиралась покинуть кабинет, однако при виде человека, ожидавшего снаружи, застыла. Хиссен стоял с виноватым и встревоженным видом. Было очевидно, что он невольно подслушал разговор. На его лице отражалась мучительная неловкость пополам с беспокойством.

Астина быстро откинула волосы со лба и спросила гораздо более раздраженным тоном, чем намеревалась:

– Что случилось?

Увидев, что Астина не в настроении, Хиссен ответил ей крайне осторожно. Он явно старался не попасть под горячую руку.

– Простите, ваше высочество, я не… – Он осекся, сглотнул. – Пришло время тренировки, но Джесси нигде нет. Я обыскал все поместье, каждый закоулок… – Хиссен замялся, в голосе послышалась нотка настоящей тревоги, пронизанной страхом: – Подумал, может, вы ее вызвали?