Книга Она и зверь. Том 3, страница 112 – Maginot

– Буду иметь в виду.

* * *

Однако ситуация была отнюдь не радужной.

Энсерин отчаянно пыталась выявить вассалов, которые могли сговориться с ее братом. А в такой суматохе выяснять ее позицию по поводу борьбы императорских отпрысков за престол оказалось практически немыслимо.

Ломая голову над тем, как примирить маркизу и принцессу, Астина буквально разрывалась на части, чтобы все успеть. Пообещав Исиде уладить дело, она загнала себя в ловушку: теперь требовались железные доказательства. Доказательства того, что маркиза не превратится в оружие Примо.

И словно этого было мало, возникла новая проблема. Слух о том, что Джесси будет сдавать рыцарский экзамен, мгновенно разлетелся по ордену. А ведь разговор был строго конфиденциальным между Джесси, маркизой и приближенными. Откуда произошла утечка, оставалось загадкой, но Астина чувствовала, что ни к чему хорошему это не приведет.

Так и получилось… когда глава рыцарского ордена лично явился к Астине и принялся умолять отозвать свое решение.

– Ваше высочество, участники экзамена – лучшие из лучших, отобранные нами с особой тщательностью. Много ли времени минуло с тех пор, как ваша служанка впервые взялась за меч, чтобы уже допускать ее к испытанию? – Голос командира дрожал от еле сдерживаемого возмущения. – Те, кто достоин, но не прошел отбор из-за жесткой конкуренции, терзаются чувством несправедливости. Умоляю вас, пересмотрите решение!

Астина устало потерла виски. Впервые после приезда в столицу она чувствовала себя совершенно измотанной.

При виде ее нескрываемого недовольства командир на мгновение сжался. Однако он быстро взял себя в руки и выпрямился, как и полагалось настоящему солдату. На кону стояла честь ордена – и он не мог так просто отступить.

Естественно, в рыцарском ордене Аталлента было множество учеников, и, поскольку всех оказалось невозможно взять в столицу, кандидатов отбирали после особенно суровых экзаменовок. Многие сдавались на полпути, не выдержав испытаний. На столичном ристалище лучшие из лучших ожидали экзамена, день за днем оттачивая мастерство до изнеможения, истекая кровью и потом.

И вдруг среди них разлетелась новость, что простолюдинка, которую эрцгерцогиня привезла с собой в качестве служанки, будет сдавать экзамен наравне с ними!

Если прежде, полагая, что ее готовят в личные телохранители эрцгерцогини, командир благоразумно молчал, то на сей раз он не мог не вмешаться. Допустив Джесси к экзамену по собственному усмотрению, эрцгерцогиня вольно или невольно проявила неуважение к многовековым традициям и устоям ордена.

И больше всех пострадал как раз глава. Несправедливый отбор сеял раздор, а разгребать это придется ему. Из-за такого решения эрцгерцогини боевой дух в ордене упал ниже критической отметки. Повсюду: на тренировочных площадках, в казармах, в столовой – только и было разговоров, что об этой несправедливости. Глухое недовольство нарастало, как снежная лавина: мол, право на экзамен теперь раздают кому попало.

– С какой стати Джесси должна тратить драгоценное время, чтобы потакать чужой зависти? – Астина скривила губы. – Овчинка выделки не стоит. – Она всегда изъяснялась мягко, но на сей раз не смогла сдержать едкого раздражения.

Командир побледнел, но не отступил. Его челюсти сжались так, что проступили желваки.