Книга Измена. Ушла красиво, страница 20 – Ася Исай

Поворачиваю голову, смотрю на его спящий профиль. В полумраке спальни лицо кажется чужим — резкие тени под скулами, седина в отросшей щетине.

По пальцам одной руки можно пересчитать ночи, когда он обнимал меня сквозь сон, прижимал к себе по старой привычке. В те редкие моменты мое предательское тело откликалось — тепло растекалось по животу, дыхание учащалось, кожа покрывалась мурашками. Будто на миг возвращалась домой после долгих скитаний. Вот только потом, когда туман рассеивался, сердце начинало биться неровно, пропуская удары.

Аромат готового кофе смешивается с запахом мокрой листвы, долетающим через приоткрытую форточку. Октябрьская Москва пахнет прелью, сыростью, умиранием. Наливаю кофе в любимую чашку. Первый глоток обжигает язык, горечь оседает в горле.

В голове прокручиваю план в тысячный раз, как заученную молитву. Счет в банке на мое имя — открыла пять лет назад, когда окончательно поняла, что это не временный кризис. Переводила понемногу — "на хозяйство", "на подарки", "на репетиторов для Маши". Иван никогда не проверял семейные финансы, слепо доверял. Три миллиона двести тысяч на последней. Не богатство, но хватит для начала.

Квартира куплена в браке, но оформлена на меня. Уже продана.

Документы — все собрано, упаковано. Лежат в сейфе у Ленки, единственного человека, кому доверяю. Паспорт,свидетельство о рождении Маши, дипломы, медкарты, страховки. Фотографии.

Допиваю кофе. Горечь липнет к небу, оставляет металлический привкус. За окном светает — мутное, неохотное утро. Город просыпается со скрипом — загораются окна в домах напротив, во дворе заводят машины.

Звонок в дверь резкий, неожиданный. Вздрагиваю, едва не роняю чашку. Курьер — заказывала вчера с доставкой к семи. Открываю, принимаю охапку воздушных шаров — золотые, серебряные, перламутровые, с блестящей цифрой 18. Гелий внутри заставляет их рваться вверх, приходится крепко держать связку лент.

Расставляю шары по гостиной, привязываю к спинкам стульев, к ручкам шкафов. Торт достаю из коробки — трехъярусный шедевр с марципановыми розами и темным шоколадным ганашем. Кондитер постаралась — каждый лепесток проработан до мельчайших прожилок. Ставлю на стол, рядом кладу коробку с подарком.

— Мам! — Машка сонно открывает двери своей комнаты. — Ты чего так рано тут шауршишь? — протирает глаза и только после этого замечает праздник вокруг.

— Сюрприз, — шепчу.

Маша влетает вихрем — босиком, в любимой пижаме с мультяшными котами. Волосы спутаны в невероятный клубок, на левой щеке отпечаток подушки — красная рельефная полоса через всю скулу. Глаза еще сонные, но уже загораются при виде украшенной комнаты.

— С днем рождения, солнышко мое.

Встаю, обнимаю дочь. За последний год она вытянулась выше меня — приходится привставать на цыпочки, чтобы поцеловать в макушку. От нее пахнет сном — теплом, ванильным шампунем, чем-то неуловимо родным. Мой ребенок. Моя уже взрослая девочка.

— Восемнадцать, мам! — она кружится среди шаров, смеется. — Я официально взрослая! Могу голосовать! И водить машину! И выходить замуж без вашего разрешения!

Смех звенит хрустальными колокольчиками. Если бы ты знала, думаю, сглатывая внезапный ком в горле. Если бы знала, как я считала дни до этого момента. Не только чтобы отпраздновать твое совершеннолетие. Чтобы, наконец, перестать врать себе, что остаюсь в этом аду "ради ребенка".