Книга Любовь, ферма и коза в придачу, страница 13 – Наталья Смеречинская

В сынке его, правда, магии ни на грош, оттого он так страшно пьет да, гуляет. Но все ж граф-маг еще на что-то там надеется.

На что граф надеялся, мне было плевать, и я попросила Берту рассказать больше о местных торговых отношениях и с радостью узнала, что базары у них тут имеются. Даже больше, целые ярмарки, где любой товар найдет своего покупателя. И очень скоро такая будет в Фиармонте, городе резиденции графов Брачинских.

Руки у меня тут же зачесались от желания надавать подзатыльников упрямой козе и потребовать с нее молока, чтобы наготовить продуктов на продажу, но… Иметь дело с Ингеборгой напрямую было опасно и осталось ждать, когда крепость падет.

Но была у меня еще одна идея, что крутилась с тех самых пор, как я узнала о судьбе несчастной Миры.

— А вы за помощью к графу или его сыну обращались? — как бы между прочим спросила старуху. — Все-таки Мира не кого-нибудь носит, а будущего внука графа Брачинского.

Но Берта лишь испугано замахала на меня руками:

— Да ты что!!! Какой там!!! Знаешь сколько таких вот бастардов у графского сыночка? Не перечесть! А учитывая, что брат мой такого натворил, то она благодарна была, что жива осталась. Правда, сильно побивалась племянница моя все эти месяцы. Только непонятно за кем именно: родителями или блудливым графским сынком.

Мда… И правда непонятно. Но все же надеюсь за родителями, а не за мутным прохвостом,заделавшим ей ребенка. Пусть хоть и из благородных.

— Ох-хо-хо, кости мои старые! — запричитала старуха, намекая, что пора бы мне и честь знать, так как сидели мы в ее комнате.

Я не стала спорить и, пожелав Берте спокойной ночи, пошла в свою холодную каморку. День был из ряда вон, и ближайшие не обещают ничего лучше, поэтому будем отдыхать. Живот слегка тянуло, но в общем, состояние было нормальным, даже удивительно видеть, как быстро я пришла в норму после стольких потрясений сегодня.

Ну что ж, жаловаться на это не будем, тьфу-тьфу-тьфу, а лучше ляжем спать. Не раздеваясь, я забралась на свою постель и натянула на себя побольше всякого лохмотья.

Стало немного теплее, но все же я еще долго крутилась, пытаясь заснуть и справиться дрожью во всем теле.

Следующее утро началось ночью. С воплей мочевого пузыря и противного привкуса во рту. Я сначала даже не сообразила, чего это меня подорвало в такую темень, ведь на работу давно уже не нужно, а в квартире… Черт! Точно, я ж не у себя и не в себе. Пришлось вылезать из того гнездышка, что я свила из тряпок и бежать стремглав на улицу, нащупывая дорогу в потемках.

Боже, это невыносимо! И я, старая женщина, должна вот это все терпеть? Ну, ладно, женщина я, предположим, уже не старая, но душа-то осталась прежней. Беременность, роды — звучит как что-то невероятное, даже более невероятное, чем магия и другой мир. Придется тебе, Лидия Ивановна, в срочном порядке привыкать к новой реальности, а еще отсутствию удобств. Хотя нет! К этому я категорически привыкать не собираюсь!

Справив свои потребности в поле, я уже более спокойно вернулась домой и залезла в тряпки, что еще хранили часть моего тепла. За стенкой раздавался громогласный храп Берты, а сквозь мелкие дырки в дощатой стене пробивались лучи восходящего солнца. Вот и весь секрет морозильной камеры в моей комнате. Дом в очень плохом состоянии и давно не видел хозяйской руки. Не знаю, что там в голове у Берты, но так жить решительно нельзя.