Книга Любовь, ферма и коза в придачу, страница 9 – Наталья Смеречинская

Так вот, возвращаясь к делам насущным… Итак, что мы имеем сейчас в сухом остатке? Дом-развалюха на три комнаты и один вонючий предбанник. В нем полная нищета и голота. Куча непаханой земли и сарай, держащийся на… Вот даже не знаю, на чем он там держится, тот сарай, честное слово! Дальше из живности! Вредная старуха — одна штука, не менее вредная коза — тоже одна штука. На этом все, "богатства" закончились.

Боль совсем ушла, и я несмело перевернулась на бок. Затаив дыхание, полежала так минуты две-три, и ничего. Фух, моя ж ты умничка! Я погладила живот, нахваливая ребеночка. Нам еще рано рождаться, так что спи, моя лапочка.

Ну да, для себя я уже определилась, кого хочу. Конечно же, девочку. Миленькую, славненькую мамину помощницу. С голубыми глазками и белыми локонами. А что? Если жизнь подсунула лимон, значит, будем делать из этого мармелад… Тьфу ты, лимонад! И искать в ситуации какой-то позитив.

Так вот о позитиве! В этой жо… жалком положении, что я оказалась, должен быть выход. И первое, что я сделаю…

— Ну чё там? Прошло? Не рожаешь еще? — Берта снова ворвалась в мою комнату, неся в руках какой-то узелок.

— Да вроде как… — я пространно махнула рукой, давая понять бабке, что расслабляться рано, но паниковать тоже не стоит.

— Ох, ты, горюшко моё! — вздохнула тетка и положила мне на постель узелок, развязывая последний. — Вот, все что нашла!

Мда, небогато! На серой ткани оказалось четыре яблока, небольшой кусок сыра, маленькая буханка хлеба и две луковицы. Вот и все! Я пытливо взглянула на старуху и поняла, что она не врет. Еды у нас и правда нет.

Какие Гагры, Лидия Ивановна? Похоже на то, что здесь придется голодать, если ничего не придумать.

— Берта, давай поговорим, как взрослые, цивилизованные люди, — предложила я старухе, решив, что воевать в моем положении нет смысла, — предлагаю мир! Так как мы теперь в одной лодке и можем быть полезны друг другу.

Тётушка ненадолго призадумалась, а потом оценивающе прошлась по мне взглядом, будто бы надеясь увидеть там что-то новое, и спросила, лукаво поблескивая глазками:

— И чем же ты можешь быть полезна, пришлая?

Я проглотиланаглый тон старухи, но на карандаш взяла и спокойно начала перечислять:

— Готовить, шить, стирать, убирать — само собой. В огороде умею работать, за скотиной смотреть…

— Ну это я заметила, — насмешливо крякнула Берта. — Это, конечно же, больше, чем умела разреженная Мирка, что совсем от батюшкиного попустительства и Ивкиного баловство испортилась. Но такое любая нормальная девка в деревне делать умеет. А тебя даже нормальной назвать нельзя. Брюхата, обратно же.

В чем-то старая была права, но я ещё не закончила:

— Торговать я умею, — продолжила свою рекламную кампанию для одного единственного инвестора, — доставать различные вещи и с людьми договариваться.

Брови тётушки недоверчиво поползли вверх:

— Это как? Угрозами сдать в богадельню?

Ох, и злопамятная бабка мне попалась! Но ничего, и на нее проруху найдём. Я взяла яблоко из платка и смачно его надкусила, похрумкав немного под голодным взглядом бабки, спросила:

— А хочешь, Берта, каждый день есть досыта?

— Кто ж не хочет! — ответила бабка и, не дожидаясь приглашения, потянулась к ещё одному яблочку и, взяв его, жадно вгрызлась в слегка вялый плод. Начав шамкать беззубым ртом, обсасывая надгрызенный кусочек.