Книга Синдром тьмы, страница 167 – Рокиа

«Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия».

«Тебе крышка», – издевается надо мной Джек.

– Заткнись, – бормочу я, измученная его голосом, который беспрерывно клокочет в моей голове.

«Тебя опять запихнут в больницу? Ты просто не умеешь врать, достаточно немного надавить, и ты во всем признаешься. Ты не меняешься, ты жалкая», – весело шепчет Джек.

Я закрываю глаза, изо всех сил стараясь не сорваться прямо здесь. Я быстро натягиваю на себя всю свою одежду, пытаясь игнорировать комментарии Джека. Но он повышает голос, и тупая боль начинает стучать в висках.

– Я могу идти? – торопливо спрашиваю я, чувствуя, что вот-вот свихнусь.

– Что с тобой происходит? Ты вся вспотела и выглядишь напуганной. Спрашиваю еще раз: от чего ты убегаешь?

«Да, Оливия. Скажи, от чего ты убегаешь, давай!» – Джек радостно смеется.

Он сидит на письменном столе доктора МакГуарди и ехидно смотрит на меня.

– На что ты смотришь?

Я моргаю.

– Ни на что. Извините, я тороплюсь. – Я хватаю сумку и выскакиваю за дверь, не давая ему возможности продолжить разговор.

Я бегу к выходу. По дороге замечаю мамин довольный взгляд: она добилась своей цели. Она напомнила мне, кто я, напомнила, что я не могу излечиться, что я всегда буду пешкой в ее руках.

– Синьорина Оливия, куда же вы? – водитель, который привез нас сюда, пытается меня остановить.

Я заскакиваю в первый же автобус, который подъезжает к остановке перед больницей, и позволяю себе погрузиться в хаос переживаний.

Я снова чувствую себя голой. Я снова чувствую себя непонятой. Я снова чувствую себя виноватой.

А я хочу просто быть невидимой, хочу, чтобы все это закончилось. Хочу, чтобы люди позволили мне исчезнуть, хочу, чтобы их не возмущали мои страдания.

Хочу… Хочу раствориться в воздухе без остатка.

«Убегаешь? Как всегда, – голос Джека звучит как приговор, который невозможно отменить. – Бесполезно притворяться, что ты меня не видишь. Я знаю, что ты меня слышишь».

Я чувствую, как он сердито дотрагивается до моей щеки.

«Я знаю, что ты ощущаешь меня рядом».

Я подавляю очередной рвотный позыв и случайно толкаю женщину. Она ругается, от чего я чувствую себя еще более ничтожной и жалкой.

– Извините, – тихо говорю я.

Я поднимаю глаза, стараясь не обращать внимания на неодобрительные взгляды людей, и понимаю, что мы находимся недалеко от здания BWN. Отсюда я уже могу дойти пешком. Я торопливо выхожу из автобуса, чтобы не наделать глупостей на глазах у всех этих людей.

«Нельзя, чтобы тебя вырвало здесь, Оливия».

Я тороплюсь в единственное место, где могу спокойно сбросить тяжесть, которая давит мне на грудь. Заметив Сию, Дерека и Идгара, стоящих в холле, я ускоряю шаг. Пробегаю мимо них, не оглядываясь. Чуть ли не задыхаясь, забыв, как дышать, захлопываю за собой дверь.

Я врываюсь в первую же кабинку и позволяю всей мерзости, которая накопилась внутри меня, выйти наружу. Мое лицо мокрое от слез, кажется, что каждый сантиметр моего тела горит.

Я нажимаю на кнопку слива, и вода уносит следы насилия, которое я совершаю над собой без малейших колебаний. Я сажусь на пол. Мои ноги больше не выдерживают всю эту ложь. Сердце стучит в горле, руки дрожат, волосы прилипли к щекам.

Я слышу, как открывается дверь, и фигура Сии заслоняет свет. Она садится передо мной в той же позе, что и я. Смотрит на меня без страха, упрека или отвращения. В ее глазах нет осуждения.