Книга Синдром тьмы, страница 82 – Рокиа

– Веришь ты или нет, но я всего лишь хочу тебе помочь. Я не занималась благотворительностью.

– Да ладно, признайся. Это тешит твою грязную душу, чужие страдания так тебя привлекают, что тебе хочется завладеть ими. Хочешь, чтобы я упал к твоим ногам? Я должен быть благодарен за эту божественную добродетель? – говорит он с жестокой улыбкой.

Я глубоко вдыхаю.

– Это не божественная добродетель. Черт, Дерек… ты сам себя слышишь? Ты не умеешь принимать помощь, потому что всегда думаешь, что это ловушка. Вчера вечером я заплатила за несколько месяцев, и что? Я слышала разговор двух пациентов, они сказали, что если долг не оплатить, то Тайлера принудительно выпишут.

– И поэтому ты решила вмешаться? – Он надменно наклоняется ко мне, так сильно сжимая руками край стола, что его пальцы побелели.

Я не позволю себе испугаться его ярости.

Я бесстрашно смотрю ему прямо в глаза.

– Да, я это сделала. Оплатила три месяца, за которые ты задолжал. И что?

Только сумасшедшая может бросить вызов принцу, пылающему от гнева, и это как раз про меня.

Выражение его лица становится еще страшнее.

– И что? Ты знаешь, что я никогда не смогу отдать этот долг, ты надеешься купить мою благодарность. Меня тошнит от твоего высокомерия. Зря я вчера согласился, чтобы ты подвезла меня, нельзя было позволять тебе в принципе увидеть мою семью.

Его слова причиняют мне боль. Я растягиваю губы в улыбке, но они все равно дрожат, он сразу это замечает и, воспользовавшись моментом моей слабости, наносит удар.

– Из-за твоего непомерного высокомерия ты останешься в одиночестве… это твое проклятие.

Я встаю со стула.

– Прекрати.

– В конце концов ты погрязнешь в собственной боли, если, конечно, этого уже не произошло. И не существует способа это остановить.

Я повышаю голос:

– Прекрати, Дерек!

– Почему? Боишься? Неужели что-то может напугать самовлюбленную психопатку? – Он жутко улыбается.

– Верь во что хочешь. Ведьмы не бросают пауков в беде, и ты мне ничего не должен. Ты меня совсем не знаешь, и я не разрешаю тебе говорить со мной в таком тоне. Хоть ты и принц, но не смей идти против ведьмы.

Я поворачиваюсь к нему спиной, беру сумку и иду к двери. Мои нервы напряжены до предела. От громкого стука я резко останавливаюсь. Быстро оглядываюсь и вижу, что его рана снова открылась, кровь капает на пол. «Он ударил кулаком по столу?» Кажется, на столе даже осталась вмятина от кулака. Я задерживаю дыхание, сердце бьется все быстрее. На лице Дерека нет ни следа боли, но его рука слегка посинела. По моей спине пробегает дрожь.

Идгар распахивает дверь, за ним стоит Оливия. Они застывают, увидев окровавленную руку Дерека. Не обращая ни на кого внимания, он идет к выходу, не удостаивая меня даже взглядом. Так проявляется гнев принца: взрыв жестокости и крови. Невозмутимость, с которой он принимал все события, не выстояла против доброты ведьмы. Это то, что он не в состоянии понять. Ненависть и подозрительность текут по его венам, он никому не позволит помочь, не разрешит увидеть уязвимость, которую так тщательно скрывает.

Все испуганно молчат, и Дерек выносит свой приговор:

– Я больше не хочу тебя видеть, никогда.