Книга Одержимость, страница 19 – Х. С. Долорес

Серьезно, со мной, должно быть, что-то ужасно, ужасно неправильно, потому что чем больше наблюдаю, тем тяжелее отделаться от мысли, что здесь что-то не так.

Такое чувство, что передо мной актер, который исполняет роль скорбящего друга, а не настоящийдруг, убитый горем.

Золотой мальчик Лайонсвуда лавирует в толпе, его хлопают по плечу и хвалят за трогательнуюречь, но в ответ Адриан лишь кротко улыбается.

Он проходит мимо меня, и в этот момент я делаю то, чего сама от себя никогда бы не ожидала, – чисто импульсивно хватаю его за рукав дизайнерского костюма.

А затем впервые в жизни заговариваю с ним:

– Ты сказал, что вы с Микки были близкими друзьями. Наверное, это так ужасно – увидеть его таким. Сразу после падения.

Он совсем рядом, и меня поражает, какой он все-таки высокий, какие широкие у него плечи. Мне приходится вытягивать шею, чтобы хоть немного попасть в поле его зрения.

Должно быть, для него мой лепет звучит как заигрывания жеманной студентки, готовой петь ему дифирамбы, потому что он даже не удостаивает меня взглядом.

– Мне-то откуда знать. Когда Микки спрыгнул, к счастью, я был в библиотеке.

Очень тихо, чтобы никто, кроме него, не услышал, я отвечаю:

– Нет, в библиотеке тебя не было. Ты лжешь.

Вот теперь япривлекла его внимание.

Адриан поворачивается ко мне и окидывает тяжелым взглядом.

У меня перехватывает дыхание то ли от страха, то ли от удивления. Его глаза, обрамленные длинными черными ресницами, – такие темные, что и им вполне могли бы приписывать черный цвет, – еще более пустые, чем казались издалека.

Он смотрит на меня оценивающе, совсем не так, как смотрел бы мальчик-подросток на девочку-подростка. Это нечто совершенно другое.

Он как будто просчитывает меня, пытаясь понять, насколько я опасна для него.

Чтобы не ерзать под его пристальным взглядом, мне приходится собрать все свои силы.

Спустя мгновение его полные губы растягиваются в улыбке, но она выглядит чересчур заученной, чтобы быть искренней.

– Думаю, ты права. Когда это произошло, я был не вбиблиотеке. Я как раз выходил из нее.

– Нет, – парирую я. – В тот вечер тебя вообще не было возле библиотеки. Когда это случилось, ты был в общежитии для мальчиков. На этаже, где жил Микки. Ты должен был видеть его тело. Или слышать крики.

Он продолжает улыбаться, но прищуривается, глядя на меня.

– Я думаю, ты приняла меня за кого-то другого. – И прежде, чем я успеваю ему возразить, он стряхивает мою руку со своего рукава. – Извини. Кажется, меня зовет одноклассник.

Больше я его не трогаю.

Если попытаюсь еще дольше задержать его здесь, это привлечет к нам внимание.

Адриан обходит меня, и только я успеваю подумать, что на этом все, как он приостанавливается и бросает на меня прощальный взгляд.

– Кстати, я не расслышал твоего имени.

Я судорожно сглатываю.

– Поппи.

– Поппи.– Он перекатывает имя на языке, как масло, и я внезапно понимаю, почему Софи сияет всякий раз, когда он обращается к ней по имени.

Адриан вливается в толпу, и, только когда он оказывается от меня на расстоянии нескольких метров и заводит с кем-то из игроков в лакросс увлеченный разговор, мое сердце перестает бешено стучать.