Книга Одержимость, страница 36 – Х. С. Долорес

Смесь адреналина и страха бурлит в крови, пока я жду, когда его пальцы сожмутся окончательно. Но он просто смотрит, взглядом непроницаемым и пустым, а затем – разжимает пальцы.

Что?

Кажется, что я все еще не могу дышать, даже когда он убирает руку и отступает назад. Я настороженно смотрю на него, и, только когда он оказывается на безопасном от меня расстоянии, выдавливаю с недоверием:

– Ты что, не убьешь меня?

Я не умру сию минуту?

В его глазах вспыхивает что-то. Азарт? Предвкушение?

Любопытство.

Вот что это.

– Нет, – наконец говорит он, и это больше похоже на вопрос, будто Адриан пробует слово на вкус. – Пожалуй, не стану. – Еще шаг назад, и он обхватывает пальцами ручку двери так же крепко, как держал меня за горло. – Не сегодня. Поппи Дэвис, ты только что стала самым интересным объектом в кампусе. – Адриан на прощание одаривает меня еще одной улыбкой, обнажая острые, ослепительно белые зубы, и возвращается на вечеринку.

Дверь за ним бесшумно закрывается, и я оседаю на пол, задыхаясь, будто только что пробежала марафон.

Я жива.

Я жива.

Я жива.

Две минуты назад о таком и мечтать не смела.

Но тут жев голове звучит голос, пугающе похожий на голос Адриана:

– Ты закончила вечер хуже, чем начала: с жизнью, висящей на волоске, и под вниманием убийцы.

Я не сомкнула глаз ночью пятницы.

И субботы.

Умом понимала: маловероятно, что посреди ночи Адриан в балаклаве ворвется ко мне в комнату, чтобы прикончить, но в три часа ночи тени на стенах говорят совсем другое.

В воскресенье, предварительно забаррикадировав дверь письменным столом, проваливаюсь в короткий тревожный сон. Просыпаюсь с одной мыслью: мне нужен план.

Какой угодно, пусть даже отчаянный.

Вариант первый: можно пойти в полицию и обвинить Адриана в убийстве Микки. Проблема в том, что дневника у меня нет, а теперь, когда Адриан знает, что я в курсе содержимого, наверняка уничтожил его после нашего разговора.

И даже если я смогудобраться до полицейского участка Сидарсвилля с дневником в руках, у этих провинциальных копов явно кишка тонка выступить против такого голиафа, как семья Эллис. Детектив Миллс уже потеряла работу.

Если я собираюсь уничтожить Адриана официально, мне нужны большие пушки. ФБР, ЦРУ АНБ – кто-то, кого не испугает его фамилия.

Но заставить одну из этих организаций расследовать уже закрытое дело о самоубийстве только на основании слов восемнадцатилетней девушки?

Это вряд ли.

Второй вариант не такой радикальный, но гораздо болезненнее: сбежать. Собрать вещички и покинуть Лайонсвуд, доучиться в государственной школе в Мобиле. Похоронить мечты о Пратте. Возможно, вообще забыть о художественном образовании.

Отказаться от всего, ради чего пахала последние четыре года.

Но остаться в живых.

У меня было быбудущее.

А это лучше, чем, оставаясь здесь, стать легкой добычей для Адриана, который может добраться до меня в любой момент, когда у него будет подходящее настроение.

«Поппи Дэвис, ты только что стала самым интересным объектом в кампусе»– его слова еще долго после нашей встречи преследуют меня. Если моя способность дышать зависит от того, насколько я ему интересна, мне точно конец.

Прямо сейчас Адриан – неконтролируемая переменная. Опасная инепредсказуемая – убийственное комбо.