Книга Аллегория радужной форели, страница 34 – Мари-Кристин Шартье

Макс был готов его убить. Похоже, прямо по-настоящему убить. Я заметила это в глубине его зеленых глаз, блеск холодной ненависти, который я не хотела бы увидеть еще когда-нибудь. Я заявилась к нему в три часа ночи, буквально сбежав от Яна. И я почувствовала всю силу его заботы и стремления защитить меня и решила в тот вечер, что хватит. Это было намного больше того, что многие люди обычно получают от жизни.

Джонатан кладет руку мне на плечо и вырывает меня из потока мыслей.

– Эй, все окей? Ты будто где-то далеко.

– Да, все в порядке.

И впервые за сегодня, отвечая на вопрос, что все в порядке, кажется, говорю правду.

Однажды я снова встретился с Виком, примерно год спустя после их расставания с Кам. Я в свое время много раз пытался связаться ним, но он упорным молчанием дал мне понять, что говорить со мной не желает.

Я сидел в пабе после концерта андерграундной группы, которую продвигала моя компания. Облокотившись на стойку, я слушал рассказ басиста вполуха, поскольку, если честно, мне не особо нравилась их музыка и мне было наплевать на их источники вдохновения, к тому же мне строила глазки высокая рыжая девушка возле машинки для изготовления попкорна. Я допил пиво и решил использовать разговор с музыкантом для подката к девчонке – она была похожа на красоток, которые хвастаются перед друзьями тем, что переспали с настоящим певцом, пусть даже этот певец и был уже старым пердуном. Она бы вполне могла сказать, что трахнула администратора, потому что солист группы предпочитал точно не женский пол. И плевать, что я не был их администратором и занимался только промоушеном. Глядя на то, как она, уставившись на меня, жевала трубочку от коктейля, можно было догадаться, что удовольствие получили бы все.

Но тут на стойку прямо передо мной внезапно приземлился стакан виски. К стакану прилагалась рука, соединявшаяся с плечом, на котором сидела шея, а на ней находилась… голова Вика. В другой руке он держал второй такой же стакан. Я на секунду замер, но потом спросил:

– Стакан мира?

Я не решался прикоснуться к выпивке, хотя она вроде недвусмысленно предназначалась именно мне. Вик сделал глоток, посмотрел мне в глаза взглядом человека, сознающего, что все под контролем. Смесь спокойствия и высокомерия. Он и правда владел собой; я же был не в той позиции, чтобы вести переговоры.

– Я еще не решил.

– Можешь не спешить. Несколько минут ничего не решают.

– И то верно.

На самом деле в такой большой деревне, как Квебек, умудриться до сих пор не встретиться было настоящим чудом или результатом нечеловеческих усилий с его стороны. Хотя мы и получили дипломы и больше не рисковали пересечься в университете, тусовались мы в одних и тех же местах, ходили в одни бары и кафе. Мне часто приходило в голову, как же сильно он должен был изменить свою жизнь, чтобы случайно не встретить Кам или меня. Она тоже больше его не видела. Вик заблокировал нас в соцсетях. Наши общие друзья набрали в рот воды. Тем не менее до меня дошел слух, что он много путешествовал, кажется, по Латинской Америке. Я не имел права вдаваться в подробности, судя по всему. Мне повезло больше, чем Кам; меня держали на расстоянии, но тем не менее я мог общаться с общими друзьями. Кам же полностью исключили из круга общения.