Книга Тени дома с башенкой, страница 22 – Евгения Ринская

Осмотр других помещений оказался еще менее результативным – Римма Борисовна, конечно, собрала оставшиеся кое-где тетради и журналы, но, бегло пробежав их взглядом, не думала, что найдет там что-то стоящее.

Вспомнив рассказ бабы Веры о том, что на втором этаже находилась учительская, она предприняла попытку подняться по изящной главной лестнице , но вынуждена была отказаться от этой мысли. Даже снизу было хорошо видно скелет прогнивших балок – во многих местах пол был просто утрачен. Неосторожный шаг – и ты рисковал оказаться внизу вместе с кучей мусора. А о том, когда ее хватятся в Неприновке и решат искать, Римма Борисовна не хотела даже думать, так что решение не рисковать далось ей достаточно легко.

Весь вечер Римма Борисовна корпела на своей веранде над найденными в Доме записями и тетрадями, надеясь на еще одно везение, но не смогла найти ровным счетом ничего интересного. Позвонив Татьяне и коротко рассказав о безуспешности своих попыток, Римма Борисовна отправилась спать. А утром ее разбудил отчаянный стук в окно.

– Римма, вставай! Баба Вера преставилась.

Римма Борисовна завозилась на подушке, надеясь, что стук исчезнет, как страшный сон. Но он не умолкал.

– Ну-ка вставай! – она легко узнала командный голос Марьи Власьевны.

Пожилая дама необдуманно резко села на кровати, подождала, пока пройдет головокружение, и, кутаясь в пушистый махровый халат, прошла на прохладную с ночи веранду. Едва она открыла дверь, Марья Власьевна ворвалась в помещение и опустилась на стул.

Спросонья, Римма Борисовна не совсем понимала, что случилось и при чем здесь она. Впрочем, быстро стало ясно – в Неприновке просто очень редко умирали люди. Для Марьи Власьевны, хранительницы деревни, это действительно было большим потрясением. В качестве конфидента в этой ситуации она выбрала человека, максимально, по ее мнению, делового – Римму Борисовну, – и та ни в коем случае не хотела подвести свою подругу.

Римма Борисовна начала с того, что считала важным в любом трудном деле, особенно с утра. Она запахнула халат потуже, прошла на кухню, взяла с полки металлический итальянский кофейник и щедро насыпала туда ароматного молотого кофе. Поставила кофейник на огонь и вскоре по дому поплыл бодрящий терпкий аромат.

Дождавшись, пока кофе закипит, она вернулась к Марье Власьевне с двумя самыми лучшими фарфоровыми чашками из своего сервиза. Из последовавшего взволнованного и сбивчивого рассказа стало ясно, что больше всего Марью Власьевну волнует состояние соседки – Ольги, – которая сегодня рано утром нашла бабу Веру.

Судя по всему, баба Вера решила выйти на улицу, но не справилась с покосившейся ступенькой, упала и неудачно ударилась головой. Так – лежащей рядом с домом – ее и нашла Ольга, которая пришла утром помочь по хозяйству. Римма Борисовна вспомнила решительную, немного саркастичную старушку, с которой она говорила лишь вчера. Ей было ее ужасно жалко, но также Римма Борисовна твердо понимала, что, к сожалению, помочь она уже ничем не сможет.

Ольга, соседка, сразу вызвала полицию и скорую – другое дело, что сколько они будут добираться до Неприновки, было неизвестно. А позвонив в экстренные службы, Ольга слегла, жалуясь на сердце. Это обстоятельство и растревожило Марью Власьевну.