Книга Вход только для мертвых, страница 34 – Валерий Шарапов

Прикрыв за ними входную дверь, Клим с облегчением направился в зал, как вдруг за спиной снова скрипнула, открываясь, дверь. Он в ярости круто развернулся, намереваясь испепелить лютым взглядом осмелившуюся вернуться бестолочь. Уже готовое сорваться с его губ страшное ругательство так и застыло, не успев покинуть его перекосившегося рта: это был на удивление скоро протрезвевший Куличок.

— Начальник, ты не сердись, — спешно забормотал он, видя побледневшее от негодования лицо Орлова, не сулившее ему ничего хорошего. — Я тут кое-что вспомнил. Сказал своей Белладонне, и она враз отправила все вам рассказать…

— Выкладывай, ну! — единым духом выпалил Клим, чувствуя, что еще секунда — и он вспылит окончательно.

— Видел я Олькиного хахаля. Дней пять назад.

Его приход оказался по делу, и у Орлова отлегло от сердца.

— Говори, — подался он вперед. — Да подробнее… как будто перед священником в грехах своих каешься.

— В церкви не был… — отрицательно замотал Куличок головой. — Не знаю про это… Уж вы извиняйте… А про хахаля расскажу… В тот день мы с Рубцом… это мы так зовем Ваську из пятой квартиры, потому что у него после ранения рубец на шее остался толщиной с мой палец, — пояснил он и для наглядности показал свой заскорузлый, с синим ногтем, пострадавший от ушиба большой палец.

— Ну-ну, дальше, — поторопил его Орлов. — Про Ваську Рубца после расскажешь.

— Ну, значит, мы с ним в тот день изрядно поднабрались, я и скопытился за сараями… аккурат около кустов бузины. А когда проснулся, вижу, Олькин хахаль с двумя чемоданами пробирается через эту самую бузину… Навроде как прячется от кого-то… Прошуршал он мимо меня и пропал из виду… Больше ничего существенного по поводу этого хахаля добавить не могу… Не обессудьте.

Он растопырил перед Климом темные, с глубокими линиями морщинистых складок мозолистые ладони, давая понять, что вопрос исчерпан. Орлов машинально взглянул на расцветший буквально перед его носом черный тюльпан из трудовых ладоней Куличка.

— Девчонка, дочь его Вера, с ним была? — быстро спросил он.

— Не могу знать. — Куличок втянул голову в плечи и опять показал «черный тюльпан». — Но ее я не видел. Может, она раньше прошла, пока я дрых… А вот Олькиного хахаля с двумя чемоданами видел точно. Так что мне передать моей Белладонне? Оказал я вам содействие по поимке опасного преступника или как?

— Оказал… А сейчас иди. — Клим без малейших усилий развернул его худощавое тело лицом к выходу и, легонько подталкивая в спину, выпроводил из квартиры, закрыв за ним дверь.

Из спальни вышел Журавлев, держа перед собой порожнюю коробку из-под печенья «Юбилейное». Подойдя к Орлову, он вынул из коробки конверт. Судя по расплывшимся на бумаге синим неровным кругам, конверт когда-то успел побывать то ли под дождем, то ли на него случайно пролили воду…

— Клим, — сказал Илья, показывая его Орлову, — кроме этого конверта, ничего стоящего обнаружить не удалось. Да и здесь обратный адрес смазан настолько, что не разобрать. Химическим карандашом, что ль, писали? Нашел его под кроватью… Похоже на то, что Шемардин, когда собирал вещи, высыпал из коробки письма, или что там у него находилось, может, фотки в чемодан, а этот конверт остался… ко дну прилип. Он не заметил, коробку выбросил. А потом или под ноги ему порожняя коробка попалась, или в раздражении пнул ее, она и улетела под кровать.