Книга Фредерик, страница 112 – Алиса Бастиан

— Полчаса, — сказал он. — Успеем.

Ты знала, что именно.

Он появился в столовой с коробкой шахмат подмышкой и сел к тебе за столик. С вами в помещении было ещё два человека — кажется, уборщик и одна из медсестёр, — не проявляющих к вам никакого интереса. Санитар Х. велел тебе расставить фигуры и отправился сделать себе чашку чая. Ты осторожно разложила старую деревянную доску, пахнущую подвалом, и расположила на ней небольшие деревянные фигуры, покрытые лаком, кое-где потрескавшимся. Подумав, перевернула доску белыми к санитару, как раз вернувшемуся и грузно опускающемуся на стул напротив тебя. Он выудил из кармана медицинского блузона пакетик солёного арахиса и проворно открыл его. Ты тут же представила, как на его пальцы налипает соль, и содрогнулась.

— Я плохо играю, — сказала ты. — Я ведь говорила?

— Неважно. Главное — играете.

Ты постаралась максимально сосредоточиться и настроиться на игру. Ты очень надеялась, что доктор Ч. не решит вдруг заглянуть в столовую во время вашего шахматного свидания с санитаром. Если он не узнает, что ты здесь, то вряд ли придёт. Но если вдруг узнает… Получится неловко. Но ты всегда можешь оправдаться попыткой налаживания контактов с другими людьми. Социализацией.

Санитар Х. взялся за белую пешку и сделал ход, потом запустил лапу в пакетик с арахисом. Ты смотрела на доску, пытаясь понять, как бы продержаться подольше.

Удалось лишь десять минут.

— Можете передать пару сладких слов своему знакомому, — довольно объявил Х. — Шах и мат. Я же говорил, что успеем.

Ты подняла на него глаза:

— Почему вы это делаете?

— Потому что вы пропустили два удачных хода и возможную рокировку.

— Нет, почему вы… помогаете?

Ты не знала, как ещё это назвать. Санитар Х. теперь был единственной ниточкой, связывающей тебя с твоей любовью, и вызвался быть ею добровольно.

— Потому чтовы играете в шахматы. Точнее, проигрываете, — ухмыльнулся Х. и шумно отхлебнул чая.

— Нет, не поэтому.

Он осторожно стряхнул фигуры с доски и начал их убирать. Его толстые пальцы так проворно хватали пешек — что сейчас, что во время игры, — и почти грациозно ставили мат, словно порхая над доской, что в это даже не верилось. Так же как не верилось, что ты действительно когда-то решила, что доктор Ч. станет пешкой в твоих руках и ввязалась во всё, что с тех пор произошло. И что ты сидишь напротив единственного человека, который знал, кто вы, и не отворачивался от вас обоих. Наверное, это не совсем нормально. Но здесь это статистический выброс — нормальность.

Санитар Х. сложил доску, похоронив в ней фигуры, и сказал:

— Вы мне нравитесь. Оба.

Сказал так, что ты ему действительно поверила. Так, словно не видел в этом ничего необычного. Недостаток союзников.

Так, словно один у вас всё-таки появился.

* * *

Дождь на пляже.Из вселенной воспоминаний — единственного, что тебе сейчас осталось и что рано или поздно начнёт меняться, — ты решила выбрать это.

Он поймёт.

Вы уже достаточно были вместе — нет, не долго, вы никогда не будете вместе достаточнодолго, — достаточно, чтобы ты шарахалась от каждой полицейской машины и вздрагивала от любой сирены. Чтобы считала себя такой же преступницей. Было пасмурно, тёмная вода сливалась с серым горизонтом. Купались лишь немногие, хотя вода не была ледяной. Вы лежали на песке, переплетя пальцы рук, дыша морским воздухом, слушая шум волн. Было в этом сером спокойствии что-то гипнотическое. В такие моменты тебе казалось, что вы оба сможете выплыть. Что вас не затопит океаном последствий, что вы найдёте какой-нибудь крошечный островок, предназначенный только для вас двоих, и удержитесь на нём. А потом совсем рядом с пляжем внезапно раздалась громкая полицейская сирена, вырывая тебя из несбыточных мечтаний. Тело среагировало мгновенно — ты рванулась, вскочила на ноги и с ужасом заозиралась. Сирена затихла, твоё сердце — нет. Ты всё ещё чувствовала тепло его пальцев, сплетённых с твоими, видела его, тоже поднимающегося с песка. Но сама ты оказалась уже на другом пляже. Том, на котором было яснее ясного: долго не протянете ни вы с ним, ни твоя психика. Всё, что ты могла себе напридумывать, стиралось в такиемоменты, как этот. Он набросил на тебя куртку, хотя тебе совсем не было холодно. Ты не сразу поняла, что идёт дождь. Ты даже не заметила, когда он начался.