Книга Фредерик, страница 23 – Алиса Бастиан

Это невозможно.

Он лёг, повернулся к стене и накрылся одеялом, словно собирался хорошенько выспаться. Словно его совсем не интересовало, что ты будешь делать дальше.

Ты попятилась к двери, не отрывая взгляда от кровати. Ничего. Ты упёрлась спиной в дверь. Ничего.

Он знал, что ты в ужасе помчишься в полицию.

Ты стала судорожно засовывать ключ в замочную скважину. Поворот. Ты оглянулась — ничего.

Он понимал, что тебя нужно убить.

Ещё поворот. Ты заставила себя больше не оборачиваться. Ты заставила себя собрать все оставшиеся силы, чтобы пробежать важнейший марафон в твоей жизни.

Ты заставила себя открыть дверь.

Он позволил тебе уйти.

Доктор Ч. изгрыз всю свою дорогую ручку, пока слушал тебя. Ты говорила какие-то слова, но сама их не слышала. Всё, что ты вспоминала, опять резало тебя по живому, но тебе нужно было как-то склеить себя и взять ситуацию под контроль. Ты хотела устроить краткий пересказ, но, очевидно, дала волю эмоциям. В голосе. На лице. В построении фраз. Очевидно — потому что доктор Ч. вовсе не выглядел как человек, услышавший сухое перечисление фактов, сплетённых в подобие истории вместе с невыдающейся ложью. Он выглядел как человек, которого зацепило то, что ты рассказывала.

Ну и отлично.

— Думаю, на сегодня достаточно, — сказал вдруг доктор Ч., записывая что-то под синюю кожаную обложку.

Тебе ужасно хотелось посмотреть, что именно. Ты поклялась, что рано или поздно прочитаешь всё, что доктор Ч. настрочит о тебе и твоей любви в своём поганом блокноте.

— Но мы же договаривались на три вопроса? — ты не могла поверить своему внезапному освобождению. — Разве мы не нарушим правила?

— Не большетрёх. Так что правил мы не нарушим.

Он посмотрел на тебя, и ты прочла в его взгляде неподдельный интерес. Ещё бы, такой эксклюзив. На этом можно не только блокнот, целую книгу настрочить.

Любовь психопатки и серийного убийцы.

— Хорошо, — ответила ты.

— Езжайте домой и отдохните, — посоветовал доктор Ч. — Похоже, всё это даётся вам нелегко. Вы выглядите измотанной.

Ещё бы.

— Да, я немного устала, — подтвердила ты, надеясь, что в следующую встречу ты сможешь лучше управлять собой.

Могу я его увидеть, вертелось у тебя на языке, но ты знала, что сейчас не время.

Вы договорились о завтрашней встрече, и ты уже выходила из кабинета, когда доктор Ч. сказал:

— Вы молодец.

— Я ничего не сделала, — ответила ты.

— Нет. Вы сделали первый шаг…

В пропасть.

— …к переосмыслению вашей ситуации.

Что ты должна переосмыслить? Он что, думает, после ваших бесед ты забудешь егои заживёшь прекрасной жизнью?

— Наверное, — неуверенно сказала ты.

Ты считала, что перед доктором Ч. надо выглядеть неуверенной. Слабой. Растерянной. Запутавшейся. Всё, с чем он захотел бы поработать.

— До завтра, — улыбнулся он, и эта фирменная белоснежная улыбка, сверкающая на фоне тёмной бородки, преследовала тебя до самого дома.

Ты скинула куртку и кеды,бросилась на кровать и осталась лежать, не шевелясь. У тебя действительно совершенно не было сил. А ведь это только начало.

Ты проснулась в шесть утра, в том же, в чём и легла. Ты даже не заметила, как отрубилась; ты ненавидела спать в одежде. Тем более той, что побывала в кабинете доктора Ч. Заснуть больше не получилось; ты приняла долгий душ, закинула вещи в стиральную машинку, заварила крепкий чай, позавтракала. До встречи с доктором Ч. всё ещё было достаточно много времени. Ты снова забралась под одеяло и уставилась в стенку. Ты знала, что он спросит. Есть возможность подумать над ответами.