Книга Фредерик, страница 78 – Алиса Бастиан

— Старинный камин в стиле эпохи Регентства, девятнадцатый век, Франция, кампанский мрамор гран меланж, — с отчётливо уловимым оттенком гордости сказал доктор Ч., указывая на достопримечательность.

— Красивый, — сказала ты. Правда.— Я хочу посмотреть. — Правда.

Вы зашли в комнату, ты осмотрелась. Подошла ближе. Провела рукой по холодному мрамору широкой каминной доски. Или полки. Ты не разбиралась в названиях. Только в ощущениях. И камин действительно был прекрасным. Молчаливый свидетель событий, о которых он никогда не расскажет, хранительсекретов, навсегда в нём погребённых. Немного треснутый, но уцелевший, пустой внутри, отливающий одиночеством, почти безжизненный.

Совсем как ты.

— Обычно сюда заглядывают на пару секунд и возвращаются в главный зал, — сказал доктор Ч., и ты поняла, что молча рассматриваешь камин — вернее, блуждаешь в своих мыслях — уже несколько минут. — Вам нравится?

— О, да, — отозвалась ты, смутно сознавая, что блуждание в мыслях вывело тебя на возможный неожиданный поворот этого скучного вечера. Ты взяла психиатра под руку, словно неосознанно. — Нравится.

— Они пока так и не придумали, что делать с этой комнатой.

Зато я придумала.

— Можем постоять ещё? — спросила ты, прильнув к Ч. ещё ближе. — Здесь не так шумно.

— Конечно, — улыбнулся он.

Вы постояли ещё несколько минут. Ты повернула лицо так, чтобы доктору предстал твой лучший ракурс, и медленно и глубоко дышала так, чтобы грудь в довольно тесном лифе платья красиво поднималась и опускалась. Ты знала, что доктор Ч. глядел вовсе не на камин.

— Ладно, наверное, другие тоже хотят посмотреть, — сказала наконец ты.

— Другие? — удивился доктор Ч. — Все, кто сегодня пришёл, уже были в этой комнате. Поверьте, вино, тарталетки и сплетни интересуют их гораздо больше французского камина.

— Значит, никто не будет сюда ломиться?

Доктор Ч. усмехнулся и покачал головой.

— Это хорошо, — сказала ты, подошла к дверям и закрыла их изнутри.

Я действительно собираюсь это сделать?

Набралась храбрости и повернулась.

Доктор Ч. смотрел на тебя, не вполне понимая, что ты задумала. Или, может, наоборот, понимая это слишком хорошо. В любом случае на его лице появилось выражение настороженности.

— Вы пялились на мою грудь, — заявила вдруг ты.

— Я… что? — нахмурился доктор Ч.

— Не хмурьтесь. Это вредно для здоровья.

Доктор Ч. усмехнулся. Ненормальная.

Ты подошла к нему вплотную и стала расстегивать его пиджак. Доктор Ч. машинально коснулся твоих рук, но не остановил тебя.

— Здесь становится жарковато, — сказала ты, слегка ослабляя его галстук.

— Чего вы хотите? — спросил он, прекрасно понимая, чего. Но почему?

— Скрасить этот ужасно скучный вечер. Разве вы не хотите того же?

Доктор Ч. покачал головой и попытался сказать что-то на свою любимую тему. Не то чтобы ему хотелось этоговорить — на самом деле, хотелось ему совсем другого. Но он ещё не сдался. Ещё есть возможность устоять.

— Как я уже говорил, это совершенно не этич…

— К чёрту этику, — оборвала ты его, хватая за лацканы пиджака и впиваясь в его губы.

Или уже нет.

Ты оторвалась от него, слегка подтянулась на руках и села на широкую каминную доску. Прямо под тобой была Франция девятнадцатого века, прямо перед тобой — доктор Ч., потерявшийся во времени и пространстве. Что ж, в пространстве найтись ты ему поможешь. В твоёмпространстве. На твоихусловиях. Пора затягивать сети. Или петлю.