Книга Приближение, страница 92 – Довон Ко

А что, если твой ребенок мертв? И у тебя нет ни власти, ни ресурсов, чтобы докопаться до правды? А потом появляется человек, который предлагает помощь… Разве кто-нибудь смог бы отказаться?

– Я должна разгадать загадку, которую мне оставил убийца. Наверное, вы провели последние месяцы так же, как я сейчас, – изучая это дело и пытаясь докопаться до правды.

Суён посмотрела прямо в объектив.

– Пожалуйста, помогите. Расскажите мне о Кёнхёне. Прошу вас.

Суён не может рассказать все, что уже знает, – говорить должен ректор Ли. Но поможет ли он?

Суён оперлась на колени и с трудом поднялась. Ноги дрожали.

Здесь, в этом доме, должна быть подсказка. Должны быть еще улики. Нельзя просто сидеть и ждать человека, который может так и не выйти на связь. Она уже собиралась покинуть комнату, когда телефон завибрировал.

Звонил ректор Ли Пёнун.

На стриме доступен только открытый чат, поэтому если Суён ответит, то зрители неизбежно зададутся вопросом: откуда у ректора ее номер? Но если она не ответит, если сбросит вызов… Разговор, которого Суён так ждала, может больше не состояться. Остановить человека, который только-только решился заговорить, – значит снова загнать его в молчание.

После коротких раздумий Суён поставила звонок от Сокхи на удержание и приняла вызов.

– Алло.

На другом конце провода раздавалось неровное дыхание. Ректор Ли был то ли напряжен, то ли взволнован. Если он воспримет слова Суён как обвинение, то может вспылить или вообще повесить трубку. Она сосредоточилась на его дыхании, готовая подбирать каждое слово с ювелирной точностью, но не успела ничего сказать – ректор Ли заговорил первым.

– Профессор… вам когда-нибудь доводилось тонуть? Как ни бьешься, а дышать невозможно. То всплываешь на поверхность, то снова уходишь под воду. Пытаешься закричать, но стоит открыть рот – его тут же заливает водой. Кёнхён пережил именно это. Мой сын погиб не от несчастного случая. Его убил этот город.

Ректор Ли Пёнун прижался спиной к стене, словно пытаясь в ней раствориться. Сердце и легкие, с бешеной скоростью гоняющие кровь по венам, громко напоминали о том, что он в плохой форме.

Запах мокрого цемента и земли, привычный для строительных площадок, пропитывал воздух. Пёнун спрятался в недостроенном жилом комплексе, строительство которого остановилось с началом сезона дождей. Место казалось безлюдным, но чем дольше он здесь оставался, тем сильнее сомневался в своем выборе.

У Ённама слишком много людей. Эта женщина, Ём Сокхи… она хоть представляет, куда сунулась? Ённам был не просто крепостью – он был кладбищем для тех, кто пытался его разрушить. Пёнун был одним из тех, кто выстроил Ённам с нуля, наряду с Тэхваном и Кёноком. Но даже к нему Ённам не проявил снисхождения.

Стоило ему лишь усомниться в обстоятельствах смерти сына, как вокруг стало твориться нечто странное. Вещи в его доме, в офисе, даже в машине оказывались не там, где он их оставил. В пустом доме все чаще ощущалось чужое присутствие. Папки в памяти телефона исчезали и появлялись вновь, как будто с ними кто-то играл.

Сначала Пёнун думал, что ему мерещится, что он просто накручивает себя, что это игра воображения. Может, паранойя, галлюцинации… но нет. Он знал, что это реальность. И все равно должен был делать вид, что ничего не замечает. Что принял версию о том, что смерть сына – просто несчастный случай.