Книга Другая сторона стены, страница 32 – Надежда Черкасская

– Потому что, – он вдруг поднял указательный палец вверх. Все мы, как по команде, посмотрели на выбеленный, но покрытый во многих местах пятнами потолок и увидели, что посередине сквозь белила проступают очертаниябольшой розетки – элементов, которые были на ней нарисованы, я не смогла разглядеть. Лепнина была незамысловатой – можно было сказать, что ее почти не было, зато по углам тоже проступали остатки рисунков.

– Было бы отлично, если бы ты, Николаева, справилась вот с этим. Но это только в том случае, если те парни, – он кивнул в ту сторону, где пару минут назад упала стремянка, – разделаются с домом на пару недель. Внутри пока всем занимаются они – вам я строго не советую шляться по дому без дела – только если ради образовательных целей.

– А что с домом не так? – не выдержал Паша. Я вдруг почувствовала, как он тайком слегка сжал мое запястье и тут же его отпустил.

– Да всё с ним так, ну кроме этих историй о бывших хозяевах, – махнул рукой Хвостов, – просто без дела не крутитесь – мешать рабочим не нужно. Они ребята простые, делают свое дело – и ладно.

– Но нам выдали план дома, и я архитектор, а не живописец, – я изначально знала, что внутри мы вряд ли дойдем до серьезных работ, и всё же мне, как обычно, было нужно больше всех, когда дело касалось хоть какой-то практики.

– Ну выдали и выдали. Надо будет, привлечем вас. А что до потолка – ну, Микеланджело тоже говорил, что он скульптор – и что? Расписал же. – Хвостов вновь улыбнулся. Я зачем-то снова посмотрела на потолок, пытаясь прикинуть, можно ли заработать проблемы со спиной и глазами при таких масштабах работы.

– Ну что затихли, испугались? – усмехнулся Денис Игнатьевич, – Николаева, что стоишь? Веди бригаду на объект!

***

– Тоже мне нашел Бартоломео Растрелли.

Мы стояли напротив дома, теперь уже медленно и с толком осматривая фронт работ.

– Надо обмеры и эскизы сделать, – сказала Ира. Еще не мешало бы отфотографировать, но даже если бы и был фотоаппарат, проявляют ли здесь фотокарточки – вот вопрос. Паш, ты что-нибудь об этом знаешь? Не первый ведь год здесь.

– Проявляют, но это нам и не нужно, – Паша улыбнулся, – у меня в музее полароид есть, в сумке лежит. Не взял с собой – думал, сегодня не будет нужен.

– Отлично, – я потерла ладони, – ну что, Дима, тащи тахеометр.

***

С обмерами мы провозились до сумерек – а они из-за непрекращающегося дождя наступили рано. Работали на удивление слаженно и быстро, причем, только начав, увидели, что в оконном проеме за разбитым стеклом застыл Хвостов, следивший своими прозрачнымиглазами за нашими движениями, и как-то притихли и почти не говорили о чем-то, кроме главного занятия. Диме пришлось с первых же секунд повиноваться Ире, он бегал то к одному углу дома, то к другому.

– Чего он на нас так смотрел? – спросил меня Паша, увидев, что Хвостов отошел от окна и принялся за что-то распекать рабочих. Я бросила взгляд на окно и щелкнула кнопкой рулетки – она резко свернулась. Должно быть, я в тот момент выглядела эффектно.

– Да ты не обращай внимания – он вечно такой. Ходит все время, вынюхивает что-то, следит за всеми – просто очень любит, чтобы всё было под его контролем. Ты же видел, что он даже геодезиста нашего так собой затмил, что слова сказать не дал. Он довольно известный в городе архитектор и…как бы сказать…любит собственную значимость.