Онлайн книга «Дочь поэта»
|
— Она была первой красавицей. Обожала танцевать. Ну и дурочка, конечно. — Всё? — Практически. — Еще она была совсем девочкой, когда он ее встретил. Робкой, меланхоличной, зашуганной властной родительницей. Мать разрывалась между исступленной религиозностью и свальным грехом с лакеями, пощечины сыпались на всех трех дочерей щедро. Добавь к этой картинке папашу, что бегал за членами семьи с ножом наперевес… — Белая горячка, что ли? — Нет. Алкоголизм там, скорее, с материнской стороны. С отцовской — официально признанная душевная болезнь, вроде как следствие удара головой при падении с лошади… — А на самом деле? — А на самом деле там и бабка была уже психически нездорова, так что бедная лошадь только подрихтовала генетический сбой — иначе не видать бы девочкам женихов. Шансы и так были малы. Семья практически разорена. Один капитал у младшей — внешность. — И тут появляется он. — Да. — Я в свою очередь смяла салфетку в комок. — И тут появляется он. — И чем плохо? Знаменитость. — А еще маленького роста, страшненький, рано постаревший. С отягощающими обстоятельствами в виде репутации бабника и картежника и царской опалы. Без чина и капиталов. Мать ему, понятно, отказывает. Дочь уже начинает пользоваться популярностью в московском свете. Поклонники имеются. И тут происходит первая странность — кроткая юная барышня продавливает свою мать на неудачную партию. При этом ясно как день, что будущего мужа она не любит и его поэзия ей до лампочки. — Тааак. — Мой кузнечик откидывается на стуле. — И зачем тогда? Я пожимаю плечами. — Она, конечно, хотела сбежать из отчего дома. Хотя при таких внешних данных июности ничто не мешало еще подождать… Положим, ее средняя сестра, Александрин, уже была влюблена в нашего поэта и могла за него, как сейчас говорят, активно топить. Но вопрос в другом — Александрин, девушке поумнее и с более сильным характером, не удалось в том же году убедить мать дать разрешение на брак с помещиком Поливановым. А Натали — сумела настоять на своем. — Может, она была любимицей матери? — Была. И не только матери, а еще и деда — разорившего семейство Гончаровых, и тетки, которая станет ее содержать уже в Питере… Но слушай. Дальше — еще любопытнее. Натали младше Пушкина на тринадцать лет. Разница в жизненном опыте и интеллекте колоссальная. Он полагает, беря себе юную супругу, что будет ее воспитывать, так сказать, «под себя» — ну, это такая распространенная мужская тема. — Есть немного. И что, облом-с? — Да. Ничего из той затеи не вышло. Натали снимает все более дорогие квартиры и дачи. Натали отказывается ехать в деревню для поправления финансов семьи. Натали привозит и поселяет у себя двух сестер, а когда надо бы приютить сестру Пушкина или его смертельно больную мать — то извините. Наконец, развертывается вульгарнейшая история с Дантесом, во время которой она, на секундочку! — беременна, и ее последовательно отговаривают от кокетства сначала друзья семьи, затем враги (причем не в мягких выражениях, а практически оскорбляя). Потом, господи прости, за воспитание нашей нежной Гончаровой берется сам государь император — мимо! Про страдания Пушкина и муки ее собственной старшей сестры, которая к этому моменту уже замужем за Дантесом, я и не говорю. И что? Где в этом робость, слабость и податливость «кружевной души» — как называла ее Россет? |