Книга Спаси моего сына, бывший!, страница 4 – Настя Ильина

— Проверяй, — уверенно отвечаю я.

Вспоминаю день нашего расставания и то, как грязный жирный боров прижимал меня к себе, насильно делая своей. Больнее было от того, что любимый человек не заступился, а обвинил во всём меня. Но всё это остаётся в прошлом.

— Если результаты окажутся отрицательными, то я раздавлю тебя, Ир-ра! Ты же осознаёшь это?

Я уже раздавлена…

Убита…

Уничтожена.

Пусть делает со мной всё что угодно.

Если сына не получится спасти, то и мне самой эта жизнь не нужна.

— Делай, что посчитаешь нужным. Я не лгу тебе, — говорю немного хрипловатым голосом, а Антипов резко хватает меня и прижимает к стене.

От лёгкого удара о стену, весь воздух из лёгких выбивает. Мне не было больно, скорее, все это случилось от неожиданности. Я не думала, что он снова решит прикасаться ко мне, ведь я отлично помню, как бывший назвал меня.

Грязная подстилка…

Никогда не забуду его слова и ненависть.

Никогда.

— Что с ним? С ребёнком? — спрашивает Антипов, находясь в опасной близости.

От него противно пахнет табаком и мятной жвачкой.

Он знает, как я не люблю этот запах, и никогда раньше не курил, когда оставался со мной. А сейчас он сделал это специально. Чувствую, что его рука, лежащая на моей талии, дрожит. Значит, ему небезразлично. И у меня есть шанс, пусть малейший…

— Спинально-мышечная атрофия… Если не успеть поставить укол, на который у нас в стране пока нет бесплатной очереди, то он может умереть… В лучшем случае его ждёт ужасная жизнь… В худшем откажут работать даже лёгкие.

Я видела детей, которые мучаются от этого недуга. Это ужасно. Хочется помочь им всем, но я не всемогущая, у меня нет столько денег, а услышит ли кто-то свыше мольбы?

— Это ты во всём виновата… Если это действительно мой ребёнок, то ты виновна в том, что у него такой недуг… Если бы ты не шлялась с любовником.

Больно…

Как же больно слышать такие слова.

Стискиваю зубы, выдерживая очередной удар.

Пусть будет так.

Пускай оскорбляет меня.

Я вынесу всё ради сына.

— Ладно… Пусть это будет моя вина, и только моя… Ты поможешь?

— Сначала мы сделаем анализ ДНК.

Я киваю.

У нас ещё есть время. Поставить укол нужно до двухлетнего возраста, Даньке до этого срока ещё далеко. Мы успеем сделать анализ ДНК, а потом вылечим моего малыша. Знаю, что после укола предстоит длительная реабилитация, но я больше не буду просить у Антипова, я справлюсь сама, найду деньги.

— Тебе стоит знать кое-что, Ира! Если твои слова подтвердятся, и Даниил на самом деле мой сын, то я заберу его у тебя.

Сердце сжимается, а воздуха катастрофически не хватает. Антипов отпускает меня и отходит к окну, а я пытаюсь отдышаться. Боль сжимает всё стальными тисками, но я не прислушиваюсь к ней, отвергаю. Я не отдам сына и буду бороться за него, но для начала мне нужно вылечить его. И единственный шанс сделать это — послушно выполнять требования его отца сейчас.

У меня есть сын…

Сын, о существовании которого я ничего не знал.

Не могу поверить в это, потому что перед глазами снова и снова появляется картина измены моей бывшей с тем жирным боровом. Она делала вид, что любит меня, клялась в своих чувствах, говорила, как сильно я дорог ей, а после всего этого бегала к нему. Я собирался сделать ей предложение, но ничего не вышло, — не успел подготовиться, — Тогда я был благодарен судьбе за то, что не унизился ещё сильнее.