Книга Игра в сердца, страница 107 – Сэнди Бейкер

И этот обед.

Еда была изысканной, намного вкуснее той бурды, что мы готовим себе в особняке – а это в основном невкусные макароны и лапша быстрого приготовления. Здесь же нам подали местные продукты в разнообразных необычных сочетаниях, к тому же красиво сервированные. Даже не знаю, что мне больше понравилось. Салат со свеклой и редисом был не только вкусным, но и выглядел как сад на тарелке. Мне было даже жалко его есть, но Каз съела немного, застонала от наслаждения, и я последовала ее примеру. Следующим блюдом была жареная ягнятина с оливками – представьте, с оливками! А на десерт нас угостили восхитительным «беллини» с белым персиком.

Но разговор за столом не клеился. Дэниел, кажется, напрочь забыл, что у него свидание с шестью волчицами, и весь обед не сводил глаз со Стиви, а та пыталась вовлечь нас в беседу. Это напоминало теннисный матч, где второй из игроков отказывается отбивать подачи.

Но неприятнее всего было наблюдать за Беккой и Дафной; настоящая двойная катастрофа! Хотя теперь мне кажется, что в конце обеда Дафна побледнела, покрылась испариной и удалилась в туалет не из-за приезда Стиви, а потому что боялась предстоящего подъема на мост.

А вот Бекка была в ударе, если так можно охарактеризовать ее крайне неприятное поведение. Ее ревность была столь очевидна, что она могла бы сыграть злую ведьму Запада в постановке «Волшебника из страны Оз» даже без грима.

— Значит, Стиви, ты из Аделаиды? – спросила она, хотя мы прекрасно знали, что Стиви из Аделаиды.

— Да.

— И за кого болеешь? За «Воронов» или за «Порт»? – Видимо, речь шла о футбольных сборных, только по австралийскому футболу, а не по настоящему, нашему.

— Да ни за кого. Я не увлекаюсь футболом.

— Правда? А мне казалось, в Южной Австралии это обязательно. Что там всем с рождения назначают футбольную команду и потом болеешь за нее всю жизнь.

Каз наклонилась ко мне и прошептала:

— Какая муха ее укусила?

— О, – усмехнулась Стиви, – не слышала о таком! В нашей семье увлекаются вином. У брата с женой своя винодельня в Аделаидских холмах.

— Пьющая семья, значит? – неодобрительно пробормотала Бекка. Тут я пнула ее под столом, а она резко на меня посмотрела. М-да, денек у нее определенно выдался не лучший.

Мы поднимаемся все выше, а я недоумеваю, кому пришла в голову гениальная мысль накормить нас сытным обедом с вином к каждому блюду, а потом заставить карабкаться по мосту Сидней-Харбор. Если бы я планировала эти мероприятия, я бы поменяла их местами.

Гляжу влево: за пересекающимися балками моста открывается потрясающий вид. Гавань сужается и разделяется на несколько бухточек неправильной формы. Деревья и здания соревнуются за место у воды. Близится закат, и небо вспыхивает огненными красками.

— Правда, Эбс? – спрашивает Каз, идущая впереди меня. Кажется, я опять унеслась в страну эльфов и единорогов; в последнее время со мной так бывает.

— Чего?

— Лучший в мире вид! – кричит она.

— Да! – подтверждаю я.

Дафна бормочет что-то неразборчиво.

— Дафна, потерпи, чуть-чуть осталось, – говорю я.

Джастина и Бекка оживленно болтают за моей спиной – кажется, тоже обсуждают вид. И мне не в первый раз приходит в голову, что все-таки мы очень странная компания. Не окажись мы вместе в этих нелепых обстоятельствах, играя роли, предписанные нам сценарием, я бы никогда не познакомилась с этими девчонками, две из которых стали мне близкими подругами.