Книга Украденные прикосновения, страница 82 – Нева Алтай

С кастрюлей в руках я оборачиваюсь и сталкиваюсь лицом к лицу с матерью Сальваторе.

— Илария. – Я сглатываю, затем улыбаюсь. – Как приятно вас видеть. Хотите кофе?

— Конечно, – говорит она и снимает пальто.

— Отлично, я только… уберу это, – киваю я на кастрюлю в своих руках. Курт выбирает именно этот момент, чтобы страдальчески мяукнуть. Я со стоном опускаю кастрюлю на пол и осторожно снимаю крышку. Курт выпрыгивает из кастрюли, снова шипит на меня на всякий случай и выбегает в коридор. Когда я встаю, то вижу, что Илария смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Полагаю, она не привыкла видеть, как люди таскают кошек в больших кастрюлях.

— Отчаянные меры, – бормочу я, ставлю кастрюлю в раковину и направляюсь к кофеварке. – Молоко? Сахар?

— И то и другое. – Она садится за кухонную стойку.

— Сальваторе не здесь, – бросаю я через плечо. – У него возникли неотложные дела.

— Я знаю. Я пришла проведать Алессандро, но сначала хотела поговорить с тобой.

— О? – Я подношу кофе и сажусь напротив нее. – О чем-то конкретном?

— Как у вас двоих дела?

— Под делами вы подразумеваете брак?

— Да. Быть насильно выданной замуж за человека, которого ты не знаешь, – мечта не каждой женщины, – говорит она и опускает взгляд в свою чашку. – Поверь мне, у меня есть опыт.

— Вы не знали отца Сальваторе, пока не вышли за него замуж?

— Нет. Так что, как видишь, я могу понять тебя и твою ситуацию.

— Хм. – Я делаю глоток кофе. – Мы с Сальваторе познакомились еще до того, как он решил запереть меня в этом браке.

Рука Иларии с чашкой кофе застывает на полпути ко рту.

— Что?

— О, он вам не сказал?

— Нет, – шепчет она.

— Мы встретились несколько раз. Я почти уверена, что он преследовал меня. Мы даже сходили на свидание. По крайней мере, на что-то вроде свидания.

Она пристально смотрит на меня.

— Сальваторе не ходит на свидания.

— Он говорил мне об этом, – фыркаю я. – А еще я не уверена на сто процентов, но, по-моему, он вломился ко мне в квартиру и наполнил мой холодильник едой.

Это осознание пришло ко мне всего пару дней назад, когда я случайно увидела, как Ада готовит суп. Я спросила, зачем нам суп, если никто не болеет, и она ответила, что готовит его, поскольку Сальваторе сказал ей, что мне он понравился в прошлый раз. Единственный суп, который я ела за последние два года, – это тот, который я нашла в своем чудесным образом заполненном холодильнике. Я до сих пор не знаю, как относиться к этому открытию. Это странно, но очень мило.

Илария несколько мгновений пристально смотрит на меня, затем медленно опускает чашку.

— Он вел себя… странно?

— Ну, ваш сын очень необычный человек, Илария, и я недостаточно хорошо его знаю, чтобы оценить, какое поведение считать «нормально-странным», а какое – «странно-странным», – пожимаю я плечами. – Он хочет, чтобы я звонила ему и отчитывалась, как дела, каждые два часа. Это будет считаться «странно-странным»?

— Да. Он сказал почему?

— Из-за какой-то одержимости постоянно знать, где я нахожусь. Вы думаете, это что-то вроде ОКР? Например, когда вам нужно каждые несколько минут прикасаться к своему бумажнику, чтобы убедиться, что он на месте, понимаете?

Илария закрывает глаза и делает глубокий вдох.

— Это не ОКР, – говорит она и смотрит на меня с серьезным выражением лица. – Я думаю, ты ему… нравишься.