Книга Нарисованные шрамы, страница 60 – Нева Алтай

— Я настаиваю. – Она смотрит на меня прикрытыми глазами и кусает губу, моя маленькая соблазнительница.

— Если ты будешь продолжать так на меня смотреть, – я беру ее подбородок между пальцами и притягиваю ее голову к себе, – ты пропустишь собственную выставку, Нина.

— Это совсем неплохо звучит, пахан.

Я хватаю ее за талию и сажаю к себе на колени. Нина смеется, обвивает руками мою шею и запускает пальцы мне в волосы.

— Отвезу тебя попрощаться, и мы едем домой, – говорю я и впиваюсь своими губами в ее.

— Не могу, – шепчет она в мои губы, – ты еще не видел «большого парня».

Я рычу на нее.

— Серьезно, Роман? – Она снова меня целует. – Теперь будешь издавать животные звуки? Что подумают люди?

— Люди могут катиться к черту.

Боковым зрением я вижу, как к нам осторожно приближается Сэмюэль Грей, жена идет с ним под руку.

— Твои родители здесь.

Нина поднимает глаза, но не пытается слезть с моих коленей. Вместо этого она продолжает играть с моими волосами, пока наблюдает за тем, как подходят родители.

— Мистер Петров, – окликает меня ее отец, когда они приближаются. Ее мать просто кивает, глаза женщины сосредоточены на руке Нины, которая все еще покоится в моих волосах.

— Просто Роман, пожалуйста, – говорю я и направляю взгляд на мать Нины. – Итак, что вы думаете о последней работе Нины, Зара?

Она моргает, явно напряженная, затем приветствует меня улыбкой настолько фальшивой, что ее можно было бы наклеить на Барби.

— Она… хорошая, – отвечает она и смотрит на Нину. – Мы хотели купить одну из твоих картин.

Нина равнодушно смотрит на нее.

— Может быть, что-нибудь без мертвых куриц. Если возможно, – добавляет ее мать.

— Вам не надо ничего покупать, – говорит Нина, все еще смотря на мать с легким смятением на лице. – Просто выберите ту, которую хотите, и скажите Салли. Это женщина в красной юбке, которая стоит у входа. Все работы, за исключением самой большой в следующей комнате, продаются.

— Мы уже спросили, когда вошли, – добавляет Сэмюэль. – Она сказала, что все картины уже проданы.

— Этого не может быть, мы открылись всего десять минут назад, – бормочет Нина и смотрит на меня. – Я должна выяснить, что происходит.

Она слезает с моих колен и спешит к женщине на другом конце комнаты.

Я поворачиваюсь к ее матери.

— Выберите ту, которая вам понравилась, и скажите Салли, что я разрешил.

Зара Грей оглядывает меня с удивлением.

— Это вы их купили?

— Конечно, я, – киваю я и смотрю туда, где Нина стоит со смотрительницей. – Твоя жена в курсе, Сэмюэль?

Он делает резкий вдох и затем выдавливает приглушенное «да».

— Хорошо. Но вы должны кое-что знать, – говорю я и оборачиваюсь к ним лицом. – Сделка отменяется.

— Отменяется? – Он сглатывает и быстро соединяет перед собой трясущиеся руки. – Что это значит?

Я внимательно на него смотрю, затем перевожу взгляд на мать Нины, которая уставилась на меня со страхом в глазах.

— Это значит, что я оставляю вашу дочь себе.

Хватаясь за колеса своего кресла, я направляюсь к Нине, оставляя ее родителей стоять с открытыми ртами перед картиной с девушкой с зеленым платьем.

— Салли говорит, что анонимный покупатель купил все картины! – произносит Нина в тот момент, когда я приближаюсь.

Мне едва удается сохранять cерьезное выражение лица.