Книга Нарисованные шрамы, страница 78 – Нева Алтай

Я все еще хватаюсь за края унитаза, когда слышу стук в дверь.

— Уходи, – выдавливаю я.

— Нина, я…

— Уходи! – кричу я, и затем меня снова рвет.

* * *

Я сижу на полу рядом с унитазом, когда приближаются шаги, и голос Вари зовет меня с другой стороны двери. Прошло около часа после того, как меня рвало в последний раз, и я медленно встаю и склоняюсь над раковиной. Брызгаю холодной водой на лицо и затем отпираю дверь.

— Дорогая деточка, – говорит Варя и протягивает ко мне руки, но я делаю шаг назад.

— Мне нужно, чтобы ты вызвала такси. Пожалуйста.

— Не уезжай. Это уничтожит его. Нина, пожалуйста, позволь ему объяснить.

— Такси, – хриплю я. – Или я уйду пешком.

Варя с печалью смотрит на меня и кивает. Я вижу, как проступает одна слеза и скатывается по ее щеке, перед тем как она достает телефон.

Роман

Раздается стук в дверь, но я продолжаю сидеть в кресле лицом к окну и смотреть на желтую машину, ожидающую на дороге.

— Пахан.

— Да, Дмитрий?

— Там такси ждет перед домом. Варя сказала, что Нина Петрова уезжает.

— Да.

— Мне остановить ее?

Я задумываюсь, затем мотаю головой.

— Нет. Отправь двух людей, чтобы незаметно сопровождали ее. Пусть они мне позвонят, когда она доедет.

— Ты хочешь, чтобы они остались там или вернулись сюда?

— Пусть останутся. Я хочу, чтобы двое мужчин были при ней постоянно. Организуй смены. Скажи им, чтобы они ни в коем случае не высовывались.

— Что-то еще?

— Пока все.

Несколько минут спустя Нина спешит вниз по ступеням и садится в такси. Она в джинсах и в своем старом худи, в одной руке несет собачью переноску, а в другой – маленький чемодан. Я наблюдаю за ней в надежде, что она развернется и пойдет обратно в дом. Она этого не делает. Такси уезжает.

Я хватаю хрустальную бутылку виски, наполняю бокал на ширину трех пальцев и затем швыряю бутылку через всю комнату, и она разбивается об стену вдребезги.

Роман

Прошло четыре дня после того, как Нина уехала, и я медленно схожу с ума. Люди, которые работают ее агентами по безопасности, отмечаются в конце каждой смены, информируя меня о Нине. Это ничего не значит, кроме того, что мне докладывают, что она в порядке. Я хочу, чтобы она была здесь, черт возьми.

Сначала я думал, что она поедет к родителям, останется на ночь и вернется утром. Но когда меня известили, что она поехала к себе домой, стало ясно, что она не вернется на следующий день. Я надеялся, она позвонит, может быть, через день или два. Но она этого не сделала. Я не хочу звонить ей сам, пока не узнаю, что Нина готова поговорить.

Я облажался. Я понял это в тот момент, когда увидел, что она стоит у двери в подвал с выражением ужаса и шока на лице. Но я не ожидал, что она уйдет.

Я не могу больше ждать, хватаю со стола телефон и звоню ей. Она сбрасывает после второго звонка, не отвечая. Снова звоню, но все, что я получаю, это резкий ответ: «Между нами все кончено, Роман».

Она не может так поступить. Я этого не позволю. Я хватаю костыли и шагаю к двери.

— К Нине домой! – рявкаю я на Колю и, пригнув голову, сажусь в машину.

Когда мы добираемся до дома Нины, я беру телефон и отправляю ей сообщение:

«Я на улице».

Внимательно смотрю на телефон в руке, думая, что он зазвонит. Он не звонит. Вместо этого приходит сообщение:

«МЕЖДУ. НАМИ. ВСЕ. КОНЧЕНО. УЕЗЖАЙ».