Книга Мои попытки, страница 11 – Лина Мур

Самое сложное в этом всём кончить. Я не кончаю. Вообще. Мой член зависит от таблеток, и всё. Я не кончаю. Я забыл уже, как это ощущается. Какие бы стимуляции я с собой ни проводил. А я делал кучу всего: засовывал анальные шарики, яйца, использовал дидло разного размера, вибраторы, даже бутылки были. Ничего. Абсолютно ничего, но на этот случай всегда есть искусственная сперма. Да здравствует Америка, мать её, и доступность любых товаров.

К концу трансляции меня мутит сильнее. Хочется снять с себя кожу и, на хрен, выбросить её, уничтожить. Это мерзко. Я завидую тем, кому нравится это делать с собой. Я же… ненавижу.

— Отлично, парень! Просто отлично! Мы заработали две штуки! — смеётся отец, хлопая мне, пока я стираю пот с лица и бросаю в сторону игрушки, покрытые дерьмом. Настоящим дерьмом. Это нравится людям. Им нравится всё грязное. Им нравлюсь я, потому что грязный.

— Ты сегодня отлично поработал, — отец треплет меня по волосам, когда я стягиваю маску.

Я уворачиваюсь и пытаюсь встать, чтобы уйти, но его пальцы остаются в моих волосах, и он дёргает их к себе, поворачивая мою голову.

— Ты не рад тому, что у тебя есть отличный шанс заработать, Дрон? — ехидно спрашивает он.

— Я хочу в душ, — сипло говорю ему. Меня сейчас вырвет. Мне нужно уйти. Уйти и тогда пожалеть себя. Только бы он не видел. Нельзя. Запрещено. Я купаюсь в этом дерьме именно из-за своей слабости.

— Подожди. Ты хорошая шлюшка, Дрон. Только подумай, сколько бы мы могли заработать, если бы ты всё же согласился на предложение Арсена. Таких мальчиков, как ты, любят. У тебя красивое тело, симпатичная мордашка, разработанная дырка, и ты отлично сосёшь. Может быть, я смогу тебя убедить, а? Ты же педик. Ты грёбаный педик, так какая тебе разница, у кого сосать, и кто тебя ебёт. Ты педик. Жалкий, грязный педик.

По моей коже пробегают мурашки страха и омерзения к его словам. Я не педик, блять. Я не хочу всего этого.

Дёргаюсь назад, сжимая кулаки.

— Не спеши, Дрон. И даже не думай драться со мной, шлюха. Один синяк на мне, и ты отправишься за решётку. А ты же знаешь, что там делают с такими симпатичными мальчиками, да? Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Мне приходится поднять голову, пока он продолжает держать меня за волосы. Ненавижу его. Ненавижу. Всей душой. Но я смотрю в его грязные дерьмовые глаза, заволочённые похотью. Ублюдок. Ненавижу.

— Посмотри на себя, Дрон. Твои губы стали алыми, — он проводит пальцем другой руки по моему рту, но я сразу же поджимаю губы.

— Мне нужно в душ, — шиплю я. — Я хочу помыться.

— Ты был очень плохим мальчиком сегодня, Дрон. Ты обещал, что принесёшь деньги, и обманул меня. Ты же знаешь, как тебе стоит попросить прощения у меня, да? — ухмыльнувшись, он достаёт из кармана пакетик с презервативом и бросает мне на колени. — Давай отработай своё прощение, как и место, в котором ты живёшь. Отработай мою любовь, Дрон. И я покормлю тебя. Ты же голоден, верно? Вероятно, я куплю тебе бургер, Дрон. Сочный бургер, но только если ты будешь хорошим мальчиком. И конечно, я дам тебе ещё денег, чтобы ты попробовал стать частью бойцовского клуба. Последний раз, сынок. Сделай папочке приятно.

Он спускает свои спортивные штаны, и перед моим лицом маячит его член. Он окружён седыми и грязными лобковыми волосами. Запах его тела кислый и вонючий, как многодневный скоплённый пот.