Книга Твой номер один, страница 123 – Катя Саммер, Настя Орлова

— Не думала, что тебя придется дважды просить о подобных вещах, но…

Я не могла ответить даже себе, почему сорвалась к Алексу: чтобы он объяснил мне, зачем сказал те слова; чтобы заявил, что пошутил или говорил в интервью вовсе не обо мне; чтобы… что? Сейчас я понимаю, что с самого начала шла за этим. За ним. Чтобы после моего повторного провокационного «поимей» он, беспорядочно ругаясь и не щадя, толкнул меня к стене и впился в рот с яростным шипением. Чтобы атаковал языком с таким напором, от которого я бы сразу сдалась и лишь пыталась поспевать за ним. Чтобы прижал, вдавил своим телом так сильно, что я обмякла в его объятиях и полностью отдалась в его власть.

Мне нравилось чувствовать себя слабой в его сильных руках. Ему нравились мои стоны.

— Тише, – шепчет он, сам того не имея в виду, подкидывает меня, чтобы скрестила ноги у него за спиной и держалась крепче. Проносит на весу несколько шагов, прежде чем мы оказываемся в той самой уборной, где он грозился сделать мне хорошо.

А мне уже потрясающе, хотя еще ничего толком и не началось.

Дверь за нами захлопывается, и тормоза окончательно срывает. Мы теперь вдвоем. В тесной кабинке с позолоченным унитазом, который я успеваю зацепить краем глаза, когда Алекс проходит мимо него, чтобы усадить меня на раковину из черного мрамора.

— С-с-с, – шиплю я, ягодицами ощущая, насколько тот холодный.

Алекс в ответ лишь сильнее сжимает своими длинными пальцами мои бедра. Задирает и без того короткое спортивное платье выше. Я знаю, что за нами зеркало, но вид между моих ног завораживает его куда больше. Почти прозрачное белое бесшовное белье, уже намокшее в самом интимном месте.

Де Виль тяжело дышит, завороженно глядя вниз, а меня возбуждает его растерянность и своеобразная одержимость моим телом. Я сильнее отвожу в сторону согнутую ногу, которой цепляюсь за его спину, а второй упираюсь в стену за ним. Открываюсь ему полностью. Запускаю ладони под воротник его поло и тут же с гулким стоном впиваюсь ногтями в мускулистые плечи, когда он, облизав большой палец, касается им возбужденного клитора, и все мое тело простреливает током.

— Я сейчас… если ты не… стой! – путаясь в собственных мыслях всего от нескольких его движений, шепчу и зарываюсь носом в его шею, чтобы провести языком влажную дорожку до уха и укусить за ним от переполняющих меня эмоций.

— Тебе больно? – хрипит он в ответ. Я опускаю руку между нами и сжимаю его твердый член.

— Только потому что ты не во мне.

— Сука.

Не знаю, он обо мне или это риторическое высказывание, но следом раздается звонкий шлепок, и бедро обжигает огнем. После треск ткани ласкает слух, и вместе с горячим языком, что врывается в мой рот, в меня входит член.

— Хорошо… как это… хорошо, я хотела… – бормочу сбивчиво, цепляясь за Де Виля и царапая его шею.

Алекс непривычно молчалив, но меня это ничуть не смущает, пока он двигается во мне. Резко. Размашисто. До звонкого звука соприкосновения тел. До мурашек, бегущих по позвоночнику. До потери в пространстве и исцарапанных его щетиной губ.

— Еще, – прошу я, будто мне и этого мало. Не хочу, чтобы это заканчивалось, и одновременно с тем кажется, что кончить для меня сейчас – вопрос жизни и смерти.

Я выгибаюсь ему навстречу, подвигаюсь на самый край раковины. Чувствую, как острые края впиваются в кожу, но не могу остановить процесс. Не хочу. Не буду.